Горькие плоды оптимизации по-карагандински

О фактах незаконной приватизации жилья наша газета писала не раз (№ 13 (21) от 1 апреля — «Жилищные скитания», № 14 (22) от 8 апреля «Кто в домике живет?»). После ремонта некогда заброшенных квартир спустя годы появляются их старые владельцы, претендуя на свою прежнюю жилплощадь. И хотя здесь закон уже не на их стороне, суды порой выносят решение в их пользу. История семьи Хамитовых — явное тому подтверждение.

О фактах незаконной приватизации жилья наша газета писала не раз (№ 13 (21) от 1 апреля — «Жилищные скитания», № 14 (22) от 8 апреля «Кто в домике живет?»). После ремонта некогда заброшенных квартир спустя годы появляются их старые владельцы, претендуя на свою прежнюю жилплощадь. И хотя здесь закон уже не на их стороне, суды порой выносят решение в их пользу. История семьи Хамитовых — явное тому подтверждение.

Скоропалительное выселение

Получив договор об опеке летом 2003 года, семья Хамитовых обосновалась в предложенной акиматом квартире в Пришахтинске — отнюдь не самом престижном районе Караганды. Прежние собственники жилья, члены семьи Пеллинен, с 2000 года проживали в Германии, а потому их притязаний на квартиру Хамитовы не особенно боялись.

Но в 2006 году как гром среди ясного неба — известие: Хамитовых выселяют. Через суд. Оказалось, что квартира уже дважды продана. Первым покупателем выступил некто Михаил Финонченко, а вторым — некий Иван Краус. Естественно, ни тот, ни другой в квартиру не наведывался.

Суд прошел в рекордно сжатые сроки — за один день. Проживающих в квартире карагандинцев не спас даже встречный иск о прекращении права собственности и признании сделки недействительной, поданный гос­учреждением «Отдел жилищно-коммунального хозяйства, пассажирского транспорта и автомобильных дорог города Караганды» (ГУ ОЖКХ). И хотя решение было вынесено в таком стахановском темпе, его исполнения «собственнику» пришлось ждать почти год.

За это время, всеми правдами и неправдами оттягивая момент выселения, Хамитовы делали все возможное, чтобы выяснить обстоятельства заключенияэтой сомнительной сделки. Было подано заявление в финансовую полицию, и в ходе расследования было установлено, что Пеллинен в Караганду для выдачи доверенности не приезжали. От их лица липовую доверенность, которая давала право на продажу квартиры, подписывали знакомые фигурантов дела вместе с Ниной Дементьевой. Последняя является родственницей Пеллинен, на ее имя якобы выдавался этот документ. Поли­цейские возбудили дело на саму Дементьеву, Финонченко, нотариуса Боранбаеву, которая занималась оформлением доверенности, и некоторых сотрудников ГУ ОЖКХ, незаконно снявших обременение (дереликцию), отсутствие которой позволило аферистам провернуть свои сделки.

Вторая часть марлезонского балета

Вооруженные бесспорными доказательствами незаконности сделок — заключениями почерковедческой экспертизы и справкой, выданной миграционной полицией, Хамитовы утвердились во мнении, что теперь-то суд точно встанет на их сторону. Было подано новое исковое заявление, и на этот раз истцом выступала Куралай Хамитова. Второй процесс затянулся на три месяца. Ни представитель Краус, ни Финонченко иска не признали, озвучив довольно несуразные истории о том, как они якобы покупали злополучную пришахтинскую квартиру: случайные встречи с друзьями в кафе, объявления на заборах и прочее. Все то, во что трудно поверить, но нельзя проверить.

Точки над «i» расставил юрист, представлявший интересы Нины Дементьевой, наряду с Краус, Фи­нон­ченко и Боранбаевой, фигурирующей в процессе в качестве ответчика. Он сообщил, что практически все, что говорили другие ответчики, — ложь, что Дементьева по неграмотности подписала эту доверенность, в чем искренне раскаивается, что имел место преступный сговор. Сама Дементьева иск признала и просила требования Куралай Хамитовой удовлетворить.

Вызывались свидетели, изучались материалы дела. Спустя две недели судья огласила итог — исковые требования Хамитовых остались без удовлетворения. По мнению суда, иск был подан «ненадлежащим истцом». А посему все прочие доказательства (заключения экспертизы, справки, свидетельские показания) судом просто не рассматривались.

Такое решение немало озадачи­ло Хамитовых, ведь право на предъявление подобных исковых требований для таких, как они (проживающих в «брошенных» квартирах на основании документов, выданных государственным органом при распределении жилья), четко прописано в нормативном постановлении пленума Верховного суда от июля прошлого года. Однако суд Октябрьского района Караганды посчитал, что постановление Карагандинского областного суда, вынесенное не в пользу Хамитовых, заслуживает большего внимания, чем нормативно-правовой акт последней судебной инстанции.

Впрочем, Куралай Хамитова не намерена опускать руки. Во-первых, вступившее в законную силу решение подлежит обжалованию еще в двух надзорных инстанциях. Во-вторых, после получения результатов графологической экспертизы у нее есть возможность подтолкнуть ГУ ОЖКХ к инициированию пересмотра дела по вновь открывшимся основаниям. И в-третьих, не нужно сбрасывать со счетов возможность получения соответствующей доверенности, дающей право действовать от имени семьи Пеллинен. Так что, вероятнее всего, скоро мы узнаем продолжение этой печальной квартирной истории.

22.04.2008

Ботагоз Омарова, www.kn.kz

 


0 комментариев:

Обновить

Подписка на статьи
  • Отписаться от рассылки можно в каждом присланном письме.