Во имя потребителя

Когда у государства не хватает денег на строительство социально значимых объектов, оно нередко прибегает к услугам частного предпринимательства. Форм государственно-частного партнерства много. Казахстан лишь недавно включился в такую систему взаимоотношений государства с бизнесом.

Когда у государства не хватает денег на строительство социально значимых объектов, оно нередко прибегает к услугам частного предпринимательства. Форм государственно-частного партнерства много. Казахстан лишь недавно включился в такую систему взаимоотношений государства с бизнесом. Первые положительные результаты показали — перспектив у такого сотрудничества немало

Система государственно-частного партнерства (ГЧП) начала активно развиваться в мире в 80-х годах ХХ века. И уже первые десятилетия показали, что на основе сотрудничества власти и бизнеса можно реализовывать самые фантастические проекты. Наиболее известный из них — евротоннель под проливом Ла-Манш. Также в последние годы совместными усилиями государства и бизнеса были построены Сиднейский портовый тоннель, мост конфедерации в Канаде, национальные аэропорты в Гамбурге и Варшаве, Центральный парк в Нью-Йорке, отдельные ветки лондонского метро. За последние 10 лет только в Великобритании были реализованы программы ГЧП на сумму свыше 40 миллиардов фунтов стерлингов.

ГЧП получило такое мировое признание, что даже уровень его развития в стране стал одним из критериев, который международная организация «Институт развития менеджмента» учитывает при расчете индекса конкуренто-способности.

Сценариев сотрудничества государства и бизнеса великое множество. Однако в целом их можно скомпоновать в четыре основные группы: BOOT (от англ. «построй, владей, управляй, передай» — то есть в рамках этого механизма частник, соответственно, возводит объект, владеет и управляет им, а затем по истечении определенного срока передает в ведение государства); BOT («построй, управляй, передай»); BOO («построй, владей, управляй»); обратный BOOT — означает передачу государственной собственности в эксплуатацию частной компании, которая постепенно становится ее владельцем. Наиболее популярными являются схемы ВООТ и ВОТ, поскольку они подразумевают, что объект инфраструктуры, созданный в ходе реализации проекта, передается государству. Эти две схемы больше всего известны под названием «концессии».

Главное в них — доскональный учет рисков и их распределения между участниками ГЧП при условии соблюдения выгод и заинтересованности каждой из сторон.

ГЧП по-казахстански

В Казахстане система государственно-частного партнерства «родилась» в 2005 году, когда были заключены первые концессионные контракты. Это строительство и эксплуатация новой железнодорожной линии «Станция Шар — Усть-Каменогорск» со стоимостью строительства более 202 миллионов долларов США (срок концессии 2005-2028 годы) и строительство межрегиональной линии электропередачи (ЛЭП) «Северный Казахстан — Актюбинская область» со стоимостью строительства 165,8 миллиона долларов (срок концессии 2005-2022 годы). По обоим проектам строительство уже подходит к завершению, и начинается этап непосредственно «владения и управления». В 2022-2028 годах железная дорога и ЛЭП перейдут в собственность государства.

Надо отметить, что эти проекты были «пилотными». То есть создавались не на законодательной основе, а путем указов свыше, поступивших от Правительства и Президента. Закон же о концессиях появился лишь в 2007 году. Сразу после его принятия были заключены еще пять договоров на реализацию нужных для страны проектов: строительство железнодорожных участков Ералиево — Курык и Коргас — Жетиген; электрификация железнодорожного участка Макат — Кандыагаш; строительство газотурбинной электростанции в городе Кандыагаш Актюбинской области и пассажирского терминала международного аэропорта Актау. Общая сумма пяти проектов превысила 1,4 миллиарда долларов.

Несмотря на такие масштабы и огромные суммы, у этих проектов есть существенный недостаток — экономическая экспертиза проводилась не государством («соучастником» проекта), а независимой консалтинговой компанией, привлекаемой по конкурсу. Естественно, что гарантировать высокое качество этих работ никто не мог. И самое главное, не было ответственности за проводимые экспертизы.

В нынешнем году Правительство создало государственную структуру, которая полностью будет вести концессионные проекты от замысла до практического внедрения, — АО «Казахстанский центр государственно-частного партнерства» (Центр ГЧП). Эта структура, созданная при Минэкономики, будет от имени государства проводить экспертизы концессионных предложений и конкурсной документации к ним, давать оценку представленных проектов в ходе проведения конкурса по выбору концессионера, а также проектов договоров концессии.

Кстати, аналогичный французский центр в свое время помог скоординировать работу по концессионным проектам в области медицины (строительство и эксплуатация специализированных больниц), которые были реализованы независимо друг от друга.

С первых же дней создания центра на его рассмотрение были направлены 12 крупных концессионных проектов, среди которых — строительство и реконструкция автомобильных дорог «Алматы — Хоргос», «Алматы — Капшагай», «БАКАД», «Астана — Караганда», железной дороги «Бейнеу — Жезказган». Дополнительно со столичным акиматом прорабатывается вариант возведения на основе концессии ТЭЦ-3.

Взаимная выгода

Такая заинтересованность бизнеса в сотрудничестве с государством на концессионной основе заключается в выгодности этой схемы для обеих сторон: бизнес получает во временное пользование построенные им объекты, государство же — сами объекты и «отдачу» от них (решение социальных проблем). То есть фактически государство за счет бизнеса решает важные задачи, на реализацию которых у страны в настоящее время просто не хватило бы средств (расширяется сеть авто- и железных дорог, строятся гидро- и теплостанции).

В Правительстве считают, что на концессию можно отдать возведение таких важных объектов, как АЭС в Мангистауской области и гидроэлектростанции в Алматинской и Южно-Казахстанской областях (сейчас составляется ТЭО проектов и обсуждаются условия контрактов).

— Концессии являются наиболее развитой перспективной и комплексной формой партнерства, поскольку в отличие от контрактных отношений носят долгосрочный характер, — считает главный эксперт Центра ГЧП Аимгуль Батырбекова. — Кроме того, в концессиях частный сектор обладает наиболее полной свободой в принятии административно-хозяйственных и управленческих решений, что отличает их от совместных предприятий и контрактов на выполнение работ.

Что же касается возможностей государства по контролю проекта, то его права прописываются как в концессионном договоре, так и в Законе «О концессиях», где «предусмотрены рычаги воздействия на концессионера в случае нарушения им условий договора, а также условия приостановления или расторжения контрактов при возникновении необходимости защиты общественных интересов». Кроме того, «государство передает концессионеру только права владения и пользования объектом своей собственности, оставляя за собой право распоряжения».

Но концессии — это скорее для крупных проектов. Более мелкие реализуются по другим схемам. Например, до недавнего времени бизнес принимал активное участие в строительстве социальных объектов — школ и больниц в обмен на ряд преференций со стороны властей, например, бесплатный участок земли с подведенными коммуникациями для возведения объекта коммерческого назначения.

Социально-предпринимательские корпорации (СПК) также реализуют проекты в рамках ГЧП. Государство предоставляет предпринимателю требуемый ему участок земли «со всеми удобствами», передает в длительное пользование недра на этом участке, дает возможность вести бизнес. При этом СПК становится частичным собственником этого бизнеса (то есть получает от него доход). Аналогично действуют и технопарки, предоставляя в пользование предпринимателям территорию со всеми коммуникациями. Правда, в данной схеме государство не требует части бизнеса — оно ждет отдачи в виде готовой продукции, поступающей на рынок страны.

P.S. Учитывая сложившуюся ситуацию на рынке недвижимости, когда большинство объектов коммерческого жилья пришлось заморозить, строительные компании могут переориентировать свою деятельность на работу в сфере государственно-частного партнерства. Так, глава государства уже не один год призывает строить не только коммерческое жилье, но и арендное. Делать это вполне возможно как раз на основе ГЧП: при совместном финансировании проекта стройкомпания возводит арендный дом, который на много лет становится ее собственностью, но по истечении срока передает здание государству. При этом обе стороны получают свою выгоду, затрачивая гораздо меньше средств, чем при строительстве в одиночку: государство реализует поручение Президента о развитии сектора арендного жилья, бизнес — доходное предприятие.

Надо заметить, что финансовый кризис может дать толчок развитию именно таких, некрупных проектов по системе ГЧП. По причине необходимости дальнейшего развития строительной отрасли и возведения ряда социально значимых объектов государство будет искать помощи у бизнеса, помогая как финансами (через фонды развития предпринимательства), так и льготами. Как заявила Аимгуль Батырбекова, главное в этом деле — «сбалансированный подход между частным сектором с его ресурсами, навыками и технологиями и государственным сектором с его регулирующей деятельностью и защитой общественных интересов». Это позволит не только повысить роль бизнеса в стране, но и улучшить качество предоставления общественных услуг, которые касаются основных потребностей каждого человека.

11.11.2008

Нурлан Искаков, www.kn.kz

 


0 комментариев:

Обновить

Подписка на статьи
  • Отписаться от рассылки можно в каждом присланном письме.