Картонный прорыв

Для кого-то кризис - катастрофа, а кому-то - отец родной. Правительство выделяет сотни миллионов долларов на поддержку малого и среднего бизнеса, но ситуация с каждым днем становится все хуже. И это не удивляет, поскольку многочисленные структуры ...

Для кого-то кризис - катастрофа, а кому-то - отец родной. Правительство выделяет сотни миллионов долларов на поддержку малого и среднего бизнеса, но ситуация с каждым днем становится все хуже. И это не удивляет, поскольку многочисленные структуры, через которые прокачиваются антикризисные деньги, распоряжаются

ими по своему усмотрению.

Банк развития Казахстана (БРК) - один из главных финансовых институтов, через которые государ­ство финансирует различные прорывные проекты и инфраструктуру. Банк на сто процентов принадлежит фонду национального благосостояния “Сам­рук-Казына”, то есть государству, и имеет кредитный портфель 1,7 миллиарда долларов. Идея создания государством такого банка самая благородная - финансировать те отрасли, в которые бизнес идет не очень охотно, но без которых казахстанская экономика не будет самодостаточной.

БРК традиционно находится на периферии общественного внимания. Это частные банки, такие как БТА, Альянс и некоторые другие, оказались в эпицентре громких скандалов в силу определенных трудностей с управлением, заемщиками, ипотечными программами, застройщиками и т.д. При этом все, что нам известно о БРК, - так это бодрые реляции его руководства о том, сколько миллионов долларов на какой проект направлено.

До кризиса многие экономисты либерального толка говорили о том, что государство - скверный собственник, плохой менеджер, который ни в коем случае не должен инвестировать в конкурентные отрасли экономики. В условиях мирового финансового кризиса руководители многих развитых стран готовы поступиться либеральными принципами и усилить роль государства в экономике. В нашей стране, когда кризисом еще и не пахло, правительство создало кучу разных государственных фондов и корпораций, через которые активно инвестировались огромные средства, потому что тогда доходы от продажи нефти и сырья текли рекой. Но за 7-8 лет так и не было создано ничего стоящего, что можно было бы назвать настоящим прорывом.

А как конкретно происходит финансирование проектов? Вот один из примеров.

Недавно нам стало известно, что один из таких проектов, в который несколько лет вкачивались казенные деньги, не то что далек от реализации, но даже и конь не валялся на объектах, строительство которых было щедро оплачено государственным банком. Речь идет о проекте АО “Илийский картонно-бумажный комбинат” (ИКБК), который должен был при помощи БРК завалить страну хром-эрзацем, гофротарой, высококачественной офсетной бумагой, вытеснив россиян и других производителей с казахстанского и даже центральноазиатского рынков.

Мы поинтересовались у руководства БРК, как часто они проверяли целевое использование государственных денег, и получили бодрый ответ: банк работает с бумагами, которые ему предоставляет клиент, проводит выездные мониторинги целевого использования средств. Словом, держит руку на пульсе.

Первый заем на сумму свыше 8 миллионов долларов был выдан на закупку линии по производству картона. Линию купили бэушную, через офшорную конторку и, разумеется, втридорога. Естественно, проект оказался убыточным. Но банк это не смутило. Судя по официальному письму из БРК, такую ситуацию там считают вполне допустимой. Поэтому, несмотря на убытки, ИКБК выкатили еще 57 миллионов. Из этих денег, надо полагать, и погашается первый кредит. Видимо, поэтому у банка есть все основания считать ИКБК добросовестным заемщиком. Чтоб мы все так жили...

15 миллионов из второго транша было потрачено на строительство производственных цехов в Костанае и в поселке Боралдай. Банк подписал договор, согласно которому заемщику достаточно предъявить акт приемки-сдачи объекта, чтобы строительная компания получила оплату работы. Все акты исправно поставлялись в банк, деньги выделялись, но никаких объектов “под ключ” на территории ИКБК ни в Костанае, ни в Боралдае мы не обнаружили. Судя по ответам, полученным из банка, ИКБК построил все необходимые производственные помещения, завез в страну оборудование и уже в марте 2009 года должен был начать монтаж линий по выпуску гофротары. Но на снимках, сделанных в этом году, примерно в то же время, когда БРК бодро рапортовал, что вот-вот начнется монтаж оборудования, никакой деловой активности на объектах, сопутствующей монтажным работам, не наблюдается. Где конкретно проводили выездные мониторинги сотрудники банка, что именно они там мониторили, можно только догадываться...

Но не зря в ответах БРК нашей редакции подчеркивалось, что банк работает с бумагами, предоставляемыми клиентом. Формально все соблюдено - акты приемки “под ключ”, подписанные директором строительной компании “Алем Курылыс Инвест” Болатом ЖУМАТОВЫМ и гендиректором АО “ИКБК” Болатбеком ЕСЕНБАЕВЫМ, банку предоставили. Соответственно, у банка есть основания выдать государственные деньги. Однако в том, чтобы получить такой акт, как выясняется, нет никакой сложности - г-н Жуматов приходится г-ну Есенбаеву шурином. Данные о родственных связях хозяина ИКБК мы получили в Агентстве по надзору за финансовыми рынками. ИКБК выпустил на фондовый рынок Казахстана свои облигации, поэтому АФН, в отличие от БРК, следит за тем, кто кому и кем приходится. Родственники по-семейному подписали акт сдачи-приемки, отнесли его в БРК и получили круглую сумму, почти ничего не построив.

Более того, теперь можно предполагать, что строить какие-то объек­-ты на ИКБК и вовсе не собирались. Во всяком случае такие предположения могут возникнуть при изучении контрактов на поставку оборудования. Как следует из данных Казахстанской фондовой биржи KASE, поставщиком оборудования на ИКБК была некая офшорная компания Bacton International Limited (BIL), зарегистрированная в налоговом рае - на британских Виргинских островах. Через этот офшор осуществляется 88 процентов всех поставок техники на ИКБК. Хоть БРК в своем ответе и утверждает, что проводит экспертизу всех контрактов в целом ряде подразделений банка, а уж оплату делает “непосредственно на счета поставщиков оборудования”, в распоряжение редакции попали документы, свидетельствующие об обратном. Как выяснилось, компания BIL сама не производит оборудование, а закупает его, в частности, у тайваньской Latitude Machinery Corp. (LMC). Естественно, стоимость оборудования существенно возрастает. Например, в банк ИКБК показывает договор с BIL, в котором гофроагрегат оценивается в 3,65 миллиона долларов, а у тайваньцев то же оборудование стоит 2,1 миллиона. Два пишем, как говорится, полтора в уме...

По другим позициям точно такая же картина - линия по производ­ству гофротары на Тайване стоит 700 тысяч долларов, а в БРК демонстрируется контракт с офшором, где эта линия тянет уже на полтора миллиона. Другая линия - 600 тысяч, а для банка - 1,37 миллиона долларов. В итоге по одному контракту разница составляет 3,4 миллиона долларов, или почти 50 процентов от всей суммы только одного транша БРК, выделенного на оборудование.

Если с банком работают люди с таким размахом, можно предполагать, что из 65 миллионов долларов, выданных БРК в рамках этого инвестиционного проекта, по крайней мере миллионов 30 осели в офшоре...

Но БРК такие расклады, понятное дело, не напрягают. Зато напряглись тайваньцы, которые намерены подать в суд. Наивные азиаты отправили в ИКБК письмо следующего содержания: “Мы подозреваем, что весь этот проект был отмыванием денег, и мы будем подавать судебный иск в адрес компании Bacton International Limited и ОАО “Илийский картонный комбинат”, как стороны, несущей совместную ответственность в данном случае. 6 апреля 2009 г. мы представим это дело на рассмотрение судебного процесса и свяжемся со всеми заинтересованными сторонами, включая вашу финансовую организацию АО “Банк развития Казахстана”. Тайваньцы ведь не знают, что казахстанские предприниматели с каким попало офшором не связываются. Не знают они и того, кто конкретно стоит за такой компанией-посредником, безбожно накручивающей цены.

Тем не менее тайваньцы назвали вещи своими именами. БРК может оказаться втянутым в международный скандал, который точно не улучшит репутацию страны с опадающим кредитным рейтингом. Между тем в своем последнем интервью президент БРК Жанат ЖАКАНОВ заявил, что банк привлек зарубежные займы на сумму 1,2 миллиарда долларов. Как должны реагировать кредиторы, которые узнают, что происходит с их деньгами? А возможно, что и пенсионные фонды инвестировали деньги своих вкладчиков в облигации ИКБК? Коль скоро государственный банк доверяет деньги этой организации, логично предположить, что и фонды вполне могли вложить в нее пенсионные активы. Не знаю, какие пенсии мы получим, зато членам семьи владельца ИКБК светлое пенсионное будущее уже обеспечено...

Может быть, история с ИКБК просто из ряда вон выходящий случай, а все остальные проекты БРК приносят огромную пользу стране? Но тогда непонятно, почему БРК так тщательно скрывает от общественности реальные проблемы, существующие в АО “ИКБК”?

Мы задали прямой вопрос: не связано ли это с тем, что г-н Жаканов лично курировал проект ИКБК, и не означает ли это, что государ­ственные деньги будут списаны без каких-либо расследований в случае банкротства ИКБК? И получили прямой ответ: “Никак не означает”. Мол, законы для всех едины...

Г-н Жаканов в своем интервью сообщает, что клиенты банка, которые ушли было в частные финансовые институты, сегодня снова возвращаются в БРК. Еще бы они не возвращались!

Оказывается, можно получить огромные деньги и легко списать десятки миллионов долларов. Достаточно послать в банк бумажку - мол, у нас все порядке. А как там проверяют такие бумаги - наглядно видно по проекту ИКБК.

В нормальном обществе кризис-менеджеры натурально перекрывают кислород всем тем, кто транжирит государственные деньги, заставляют затягивать пояса и готовы загрызть за каждую копейку неэффективных затрат. У нас ситуация прямо противоположная. Голова кругом идет от сумм, которыми распоряжаются конторы вроде “Самрук-Казыны”, Банка развития Казахстана, фонда поддержки предпринимательства “Даму”, “КазАгро”, Национального инновационного фонда, ТОО “Казахстанский центр содействия инвестициям” и прочие “казнексы”. Это миллиарды долларов. Конечно, большие начальники из руководства ФНБ “Сам­рук-Казына” и его подразделений не имеют времени вникать в проблемы одного из десятков проектов - 50-60 миллионов казенных долларов, растворившихся в неизвестности, для них, вероятно, не деньги. Но все же им было бы нелишне повнимательнее проследить, как делаются дела в том же Банке развития, ведь на кону - судьба страны, переживающей не самые лучшие времена. Или кто-то всерьез надеется, что кризис, как война, все спишет?

Очень нам интересно, что они думают по поводу такого финансирования прорывных проектов? Насколько их выводы совпадут с теми, которые мы надеемся получить в ходе нашего журналистского расследования?

09.04.2009

Марат Асипов, www.time.kz

 


0 комментариев:

Обновить

Подписка на статьи
  • Отписаться от рассылки можно в каждом присланном письме.