Оратория для моратория

Ситуация в Северо-Казахстанской области. Мораторий на проверки малого и среднего бизнеса не дал желаемых результатов, похоже, ни в целом по республике, ни в отдельно взятой Северо-Казахстанской области. Предприниматели всего лишь получили временную «передышку».

Ситуация в Северо-Казахстанской области

Мораторий на проверки малого и среднего бизнеса не дал желаемых результатов, похоже, ни в целом по республике, ни в отдельно взятой Северо-Казахстанской области. Предприниматели всего лишь получили временную «передышку». Но все «передышки» имеют свойство рано или поздно заканчиваться. А что потом? Действенные меры по поддержке МСБ так и не были разработаны.

Инициатива наказуема

По истечении срока действия любых мораториев контролирующие органы обычно начинают проверки с новой силой. И этот раз не стал исключением. Ложкой меда в бочке с дегтем могла бы стать для предпринимателей инициатива руководства североказахстанского финпола о продлении моратория на проверки. «Мы издали приказ по ограничению всех проверок субъектов малого и среднего бизнеса в Северо-Казахстанской области. Но это не говорит, что мы не будем проверять предприятия по заявлениям граждан и оперативной информации о налоговых преступлениях», - заявил тогдашний начальник департамента по борьбе с экономической и коррупционной преступностью Султан Ногаев на очередном заседании Общественного совета по вопросам противодействия коррупции, председателем которого он попутно являлся. Представители финпола призвали и другие фискальные и контролирующие органы (коих в СКО функционирует 14) поддержать идею продления моратория на проверки субъектов МСБ. Более того, руководство финансовой полиции инициировало принятие обращения к акиму области Серику Билялову, в котором был отдельно поставлен вопрос о проведении тендеров и государственных закупок. В целях прозрачности и открытости в данной, что греха таить, весьма мутной сфере Общественный совет внес предложение о включении в состав тендерных комиссий представителей депутатского корпуса, общественных объединений, предпринимателей. Участие общественности в работе тендерных комиссий предполагалось в форме консультативно-совещательного органа, что, по мнению авторов обращения, способствовало бы законному и равноправному проведению тендеров и государственных закупок, а также привлечению к участию в тендерах добросовестных и порядочных субъектов предпринимательства. «Считаем, что вышеуказанные меры будут способствовать снижению коррупционных проявлений со стороны государственных служащих, что положительно отразится на экономике региона, а также на качестве предоставления услуг поставщиками, возрастет доверие к государственным органам со стороны предпринимательского корпуса и общественности», - говорится в обращении.

Идея, что и говорить, благая, да вот только родилась она не в добрый час. Несколько дней спустя Султан Ногаев был арестован сотрудниками ДКНБ по подозрению в получении взятки в особо крупном размере («ОКО», № 27 за 10 июля с. г., «Скандал в благородном семействе»). И предпринимательская общественность озадачилась скорбным вопросом: а не похоронят ли в связи с этим печальным обстоятельством столь разумную инициативу? По крайней мере, аким своего слова еще не сказал…

Сейчас все свои надежды бизнес связывает с принятием нового закона о государственном надзоре и контроле, который в качестве проекта обсуждается в регионах.

«Законопроект вводит новое понятие «риска» как количественной меры опасности, учитывающей вероятность возникновения негативных последствий от осуществления предпринимательской деятельности и возможный размер ущерба от них, - говорит председатель Северо-Казахстанской Торгово-промышленной палаты Нелли Кукушкина. - Предлагается учитывать три степени риска: высокий, средний и незначительный, в зависимости от которых устанавливается периодичность проверок. При высокой степени риска - один раз в год, при средней - раз в три года, при незначительной - раз в пять лет. Мы считаем, что такой дифференцированный подход оправдан, и кроме прочего, будет в какой-то мере дисциплинировать бизнес. Не хочешь, чтобы тебя проверяли каждый год - будь добр соответствовать законным критериям».

Однако, несмотря на то, что законопроект в целом достаточно передовой, в нем, по мнению ряда экспертов, присутствуют видимые «лазейки».

«Возьмем статью вторую, которая регламентирует сферу применения данного закона, - комментирует исполнительный директор Северо-Казахстанской ассоциации строителей Геннадий Астафьев. - В ней, в частности, перечислены положения настоящего закона, которые не применяются. Вызывает недоумение пункт 9, согласно которому положения закона не применяются в сфере госконтроля в порядке контроля договорных отношений, условий соблюдения требований на использование государственных бюджетных и материальных средств субъектами частного предпринимательства. Как же так? Чего стоит самый распрекрасный закон, когда в нем имеется такой «скользкий» пункт?»

Карать или развивать?

Отношения малых и средних бизнес-структур и государственных организаций часто напоминают отношения дичи и охотника. Причем даже не столько охотника, сколько браконьера. Так считает мой собеседник Геннадий Астафьев, исполнительный директор Северо-Казахстанской ассоциации строителей.

- Несмотря на официально декларируемую политику, прямые указания Главы государства, госорганы видят свою задачу в том, чтобы «не пущать» и «драть», как точно выразился Салтыков-Щедрин в «Истории города Глупова», - говорит Геннадий Константинович. - Причем крупного бизнеса, типа банков, холдингов, корпораций они боятся, как крупного хищника, а вот разных зайчиков и олешек в виде средних ТОО и индивидуальных предпринимателей «отстреливают» без опаски. Благо законодательство РК пока позволяет в полной мере использовать поговорку: «Закон, что дышло, куда повернул, туда и вышло». Например, пожарники требуют, чтобы на окнах не было решеток, так как они затрудняют тушение пожара и эвакуацию людей, а УВД требует обязательно ставить решетки на окна, так как в помещении хранятся большие ценности. И все «дерут», т.е. штрафуют. Доходит до смешного, когда проверяющие прямо говорят: «Мы не будем отнимать у вас время, но у нас план, и мы должны оштрафовать вашу фирму. Давайте, мы вам штраф за что-нибудь выпишем и спокойно уйдем».

- А реальные фамилии и должности можете назвать?

- У меня нет цели обвинить кого-то персонально. Это ведь не жалоба и не обращение в суд, хотя все приведенные примеры взяты из реальной жизни. Если какое-то ведомство обидится и потребует подтверждения, можно показать документы и назвать фамилии.

Цель моего выступления другая - привлечь к проблеме внимание, попытаться выявить ее первопричины и предложить пути ее разрешения. Дело нельзя сводить к тому, что «плохие» чиновники из-за своего «нехорошего» характера душат «хороших» предпринимателей. Все мы люди, и все любим, чтобы нас хвалили за результаты нашей работы. Есть только две причины плохой работы: либо непрофессионализм и непонимание целей, либо неправильная система оценки результатов работы. В нашем случае работают обе причины.

- Предприниматели жалуются на жесткий «прессинг» не только со стороны проверяющих, но и регистрирующих организаций. Обычно проблемы начинаются уже на стадии оформления документов?

- Попробуйте перерегистрировать вашу фирму, если внесены какие-то изменения в Устав. Эта операция займет до полугода. Все документы вы обязаны сдавать в ЦОН (Центр одного окна) - организацию, созданную для упрощения всех процедур работы с документами. Но… хотели как лучше, получилось как всегда. Ты сдаешь документы, которые от тебя потребовали работники ЦОНа, и ждешь месяц. Через месяц получаешь отказ, так как согласно приказу министра, который вышел месяц или два назад, нужна еще какая-нибудь бумажка. О требованиях этого приказа не знает ни один юрист и почему-то даже работники ЦОНа. Процедуру приходится начинать сначала. Время идет, работать ты по закону не можешь, а налоговая инспекция уже выписывает тебе немаленький штраф за несданный вовремя квартальный отчет. Отчет-то и сдавать некому, организация-то не работает, и неизвестно, где возьмет деньги на этот штраф. Кстати, налоговая инспекция, ведомство опытное и прекрасно понимает, что организация может просто не открыться, штраф будет брать не с кого. Поэтому выписывается еще и штраф персонально на руководителя, неважно, бывшего или будущего, главное, - проявившего инициативу, он-то никуда не денется.

- В чем вы видите первопричину зла?

- Во-первых, налицо вполне понятный непрофессионализм в некоторых вопросах сотрудников малых и средних предприятий, которым приходится выполнять широкий круг обязанностей из-за недостатка средств на содержание функциональных профессионалов. Во-вторых, работа государственных служащих оценивается по количеству даже не выявленных нарушений стандартов, а по сумме собранных ведомством штрафов. Налоговики и экологи с гордостью говорят об этом в СМИ. В такой системе искажается сама цель функционирования ведомства. Цель - обеспечить качество работы предприятий - подменяется целью сбора максимального количества денег. Получается, с волосами и голову снимаем… Виноватых обычно нет: кто там будет разбираться, из-за чего обанкротилась или закрылась какая-то фирмочка?

- Как вы считаете, есть ли ощутимый прок от последнего моратория? А то ведь некоторые пытаются поставить вопрос так, что бизнесу, дескать, проверки вообще не нужны?

- Президент второй раз объявил мораторий на проверки малых и средних предприятий, давая им свободно вздохнуть. Но прошел год, и все началось сначала. Так уже было. Надо менять систему. В принципе, проверки бизнесу нужны, но не как фискальное действо или карательная мера государства, а как уроки профессионализма в конкретной области работы. Нужна совместная работа высоко профессиональных государственных инспекторов с ИТР и менеджерами предприятий. Этой совместной работы не будет, пока не изменится критерий оценки работы контролирующих государственных ведомств. Для дела было бы полезно ввести категорический запрет на штрафы с малых и средних предприятий за первичное нарушение любого стандарта. Нарушил во второй раз, плати, но первое нарушение обычно ненамеренное, да и зла эти нарушения особого не несут. Для предприятия будет достаточно предупреждения и оговоренного времени на устранение за собственный счет, чтобы подобного больше не было никогда.

В состоянии дел с регистрацией новых организаций и особенно перерегистрацией старых позиция Министерства юстиции вообще не понятна. Есть Устав предприятия, юридический адрес, зачем что-то еще? Проверил соответствие Устава законодательству и правильность адреса и выдавай свидетельство. Дальше за организацией будут следить несколько десятков других ведомств. Зачем юстиции сведения об учредителях, их платежеспособности, долгах и т.д. Борьба с рейдерством и предприятиями-однодневками? Во-первых, эти явления не так уж часты, во-вторых, для их выявления нужны очень тщательные проверки, которые органы юстиции все равно имеют возможность проводить только по факту преступления. Кстати, есть в законодательстве небольшой парадокс при регистрации организаций, обязанных иметь уставный фонд: пока предприятие не зарегистрировано, банк не откроет расчетный счет, а без него, куда вносить учредительные взносы? Как проверить, внесены ли они? Обычно никто и не проверяет, учредители предприятия разбираются между собой сами. Так в чем же интерес министерства требовать все больше и больше документов и справок, кроме тех, что требует закон? Непонятно.

31.07.2009

Вера ГАВРИЛКО,www.oko.kz

 


0 комментариев:

Обновить

Подписка на статьи
  • Отписаться от рассылки можно в каждом присланном письме.