Дайте в долг, чтоб рассчитаться с долгом

«…Принято положение о приватизации коммунального жилья. Средства, полученные от этой акции, а это порядка 3 млрд тенге, могли бы служить важным подспорьем местному бюджету. Поэтому необходимо ускорить реализацию данного проекта».

«…Принято положение о приватизации коммунального жилья. Средства, полученные от этой акции, а это порядка 3 млрд тенге, могли бы служить важным подспорьем местному бюджету. Поэтому необходимо ускорить реализацию данного проекта».

Скоро минет четыре месяца с того дня, как алматинский градоначальник на одном из аппаратных совещаний, велел клеркам из управления жилья форсировать процесс возвращения в казну трех миллиардов тенге, затраченных государством на строительство коммунального жилья для социально защищаемых категорий граждан и госслужащих. И чуть меньше времени остается до 1 июня, когда упомянутое акимом положение утратит свою силу в связи с грядущим внесением в отечественное жилищное законодательство ряда дополнений и изменений.

Между тем из четырех тысяч алматинских семей, проживающих нынче на квадратных метрах социально-коммунальной жилплощади, договоры на приватизацию упомянутого жилья заключены лишь с 55 квартиросъемщиками. В итоге денег собрано всего-то около 60 миллионов. Что составляет не более десяти процентов от реальной стоимости квартир, по которым начался все же возврат средств. Остальные 90 процентов будут возвращаться в казну в рассрочку в течение минимум пяти лет.

Такая же картина с приватизацией социального жилья складывается и по всей стране.

Так что нехитрый подсчет показывает: если дело и дальше пойдет такими же темпами, то казенному бюджету придется ждать возвращения затраченных на это дело средств в лучшем случае два десятилетия. А коли предположить, что первая волна «приватизаторов», представляющая самый зажиточный слой городской бедноты, которая попала под социальную жилищную программу, вот-вот закончится или уже исчерпала себя, то городская казна и вовсе может не дождаться этих денег. В то же время по всем божеским и человеческим законам государство не может отнять социальное жилье у своих малоимущих граждан, хотя бы у них хватает средств лишь на платежи за коммунальные услуги. Так что они могут занимать эту площадь до тех пор, пока труба архангела не позовет их на вечный суд. Однако южной столице давно уже весьма накладно содержать на своем балансе эти непроданные квадратные метры.

А ведь договоры на приватизацию упомянутых квартир носят как бы достаточно щадящий тощие кошельки граждан характер и требуют минимума документов для их заключения.

Гражданин, желающий выкупить в собственность коммунальное жилье, полученное из фонда акима, должен оплатить первоначальный взнос в размере не более, но и не менее 10 процентов от стоимости этих квадратных метров. Остальные деньги можно возвращать на условиях беспроцентной рассрочки сроком на пять, а в некоторых случаях даже на 10 лет.

Посчитаем сей расклад по подобной стандартной однокомнатной квартире полезной площадью в 35 метров. При нынешней цене квадратного метра такого жилья в 71 тысячу 774 тенге или 500 без малого долларов ее стоимость составляет 2 миллиона 512 тысяч 90 тенге. Следовательно, первый взнос должен быть не менее 251 тысячи 209 тенге. Многим ли из городской бедноты по силам такое единовременное переливание из своего в казенный карман?

Но, допустим, учителю или медсестре удалось каким-то чудом изыскать такую сумму и внести ее в госказну. Тогда на пятилетнюю рассрочку остается 2 миллиона 260 тысяч 800 тенге. Делим на 60 месяцев и получаем 37 тысяч 680 тенге. Такую сумму приобретатель коммунального жилья должен ежемесячно отрывать от своего тощего кошелька в течение пяти лет. Причем вне зависимости от того, болен ли он или здоров, имеет работу или потерял ее.

И если даже взять самый щадящий режим выплаты рассрочки – сроком на 10 лет, ежемесячный взнос без малого в 20 тысяч да на протяжение стольких лет намертво подкосит нищенский семейный бюджет облагодетельствованной государством бедноты.

Вот такая получается квадратура бюджетного круга.

Конечно, нынешнее жилищное законодательство предусматривает определенные льготы при приватизации подобного жилья для некоторых категорий граждан. В частности, ветераны Войны и лица, приравненные к ним, инвалиды I и II групп, граждане, потерявшие здоровье на ликвидации чернобыльской аварии и ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне и других подобных объектах, имеют право на бесплатное получение в собственность социального жилья.

Установлены также некоторые скидки на приобретение этих квадратов лицам, относящимся к социально защищаемым слоям населения, в диапазоне от трех до десяти процентов от стоимости такой жилплощади.

Однако даже при всех этих условиях подавляющему большинству нынешних квартиросъемщиков социального жилья не под силу выкупить его в свою собственность.

Между тем, когда начиналась реализация этой программы, речь шла о том, что социальная жилплощадь для бедноты будет стоить не дороже 300 долларов за квадратный метр. Откуда же вылезла цена в 500? И не надо нам рассказывать сказки про удорожание стройматериалов и рабочей силы. Мы знаем, как строились эти дома. Возводили их бригады неквалифицированных гастарбайтеров из очень ближнего зарубежья на скорую руку по проектам с плохо продуманной внутренней планировкой, чаще всего на основе низкокачественных бетона и цемента, иных стройматериалов, нередко с нарушениями технологии отделки и использованием непонятно где раздобытых бэушных дверей, линолеума, оконных блоков, труб, сантехники…

Взгляните на эти дворцы для простолюдинов, хотя бы, в микрорайоне «Жулдыз-I»: год-два, как их cдали, а штукатурка уже кое-где обваливается, стены трескаются, фундаменты и отмостки осыпаются, двери вываливаются…

По рассказам жителей одного из таких домов, новоселье для многих из них наступило едва ли не через год после сдачи его в строй. Все это время люди занимались устранением строительных недоделок: меняли линолеум, замазывали ямы в цементном полу, устраняли течи кровель, заделывали сквозные щели в балконах, меняли сантехнику, неработающие электрические розетки и выключатели… Особенно нелегко пришлось одинокой пенсионерке, бывшей учительнице с пятидесятилетним стажем, Алевтине Петровне, и если бы не помощь соседей, ей бы все это не осилить.

Зато кое-кто погрел-таки, видимо, руки на сооружении социального жилья.

А некоторые резвые наши сограждане с толстыми кошельками и нынче продолжают строить на этом свой успешный подпольный бизнес. Подъезды коммунальных домов увешаны объявлениями «Покупаю одно-, двух-, трехкомнатные квартиры». Неимущие претенденты на приватизацию социальных метров подписывают с такими купцами грабительские договоры займа, заведомо понимая, что в итоге их жилье рано или поздно отойдет в покрытие таких кредитов. Не эти ли, кстати, деньги составили львиную долю тех 60 миллионов, что получила городская казна за четыре месяца процесса приватизации?

И в то же время нельзя огульно ругать власти за недостатки в осуществлении социальной жилищной программы. На стройках крали всегда: даже под присмотром бдительного ОБХСС, а также тотального рабочего, народного и партийного контроля при советской власти. Но то, что сотни и тысячи алматинских семей десятилетиями, еще со времен Союза ССР, стоявших в безнадежной очереди на городские квартиры, обрели, наконец, крышу над головой и реальный шанс сделать ее своею навсегда, не может не радовать.

Надо только помочь людям. Ну, еще самую малость. Дать им, что ли, денег в беспроцентный долг. Чтобы они могли рассчитаться со своим долгом за жилище.

А если все же не сумеют, то в итоге их жилища после того, как они уйдут в лучший мир, все равно ведь достанутся коммунхозу и будут либо проданы другим беднякам, либо переданы им же в щадящую аренду. Как раз самое время попытаться пролоббировать такое решение в парламенте в качестве дополнения к жилищному законодательству.

Это ведь все равно лучше, чем позволить скупить все социальное жилье бесчестным маклерам с тем, чтобы потом задрать на него цены до небес.

22.02.2010

Александр ТОНКОПРЯДЧЕНКО, www.magapolis.kz

 


0 комментариев:

Обновить

Подписка на статьи
  • Отписаться от рассылки можно в каждом присланном письме.