Доступ к информации — под контроль общественности

В международной практике право на доступ к информации считается одним из фундаментальных прав человека, так как от его реализации зависит возможность претворять в жизнь другие права и свободы.

В международной практике право на доступ к информации считается одним из фундаментальных прав человека, так как от его реализации зависит возможность претворять в жизнь другие права и свободы. Как, к примеру, гражданин может требовать соблюдения своих прав, если он не знает, какими правами обладает? В таком свете соблюдение права на доступ к информации — отнюдь не отвлечённая категория, а насущная потребность каждого. Однако то, как это право реализуется на практике, во многом зависит от уровня сознания общества. Если общественность осознаёт важность этого права, оно через свои институты добивается принятия и, что важнее, соблюдения соответствующих законов. Не осознаёт — право на доступ к информации, даже закреплённое законодательно, останется «бумажным». Как с этим обстоит дело в Карагандинской области, показывают результаты социологического исследования, проведенного в рамках проекта «Доступ к информации в Казахстане».

Этот проект реализован в нынешнем году общественным фондом «MEDIALIFE» при поддержке посольства США в Казахстане. В ходе исследования было опрошено 500 представителей государственных органов, НПО и СМИ нашей области.

Прежде чем говорить о реализации права на доступ к информации, важно выяснить, понимают ли граждане, что это такое. Из 500 человек 68,5% подразумевают под этим право пользователя информацией свободно получать и распространять информацию любым не запрещённым законом способом, что сходится с определением, данным в законопроекте «О доступе к информации». Это говорит об эффективности законодательной формулировки и о том, что уровень понимания сути данного явления обществом достаточно высок.

Со случаями отказа в предоставлении информации хотя бы раз в своей практике столкнулись 50,7% респондентов, причем наибольшая доля (80%) — это представители средств массовой информации. Больше половины опрошенных — 60,8% не защищали своё нарушенное право на доступ к информации, 30,5% прибегали к досудебным механизмам, 8,7% обращались для защиты в судебные органы.

Среди наиболее эффективных механизмов получения информации безусловным лидером являются «Личные связи» — 52,7% респондентов, причём преобладают в этой группе СМИ. Выходит, что на практике журналисты для освещения тех или иных событий часто пользуются неформальными способами коммуникации. Одной из причин такого расклада может быть неэффективность существующих официальных способов запроса информации в Казахстане и, в частности, в Карагандинской области.

На вопрос: «Слышали ли вы что-нибудь о проекте закона «О доступе к информации» — утвердительно ответили 49,4% опрошенных, отрицательно — 50,6%.

«Слушали и постановили»

Проект «Доступ к информации в Казахстане», помимо изучения общественного мнения в Карагандинской области в 2011 году и повышения уровня осведомлённости общества в этом важном вопросе, направлен на выработку конкретных рекомендаций для госорганов, медиасообщества и неправительственного сектора в области продвижения проекта закона «О доступе к информации в Казахстане», который на сегодняшний день разработан в республике. Для этого в Караганде 7 сентября фондом «MEDIALIFE» были проведены общественные слушания «Доступ к информации: реалии и перспективы» с участием представителей госорганов, общественных деятелей, СМИ и просто граждан, не равнодушных к этой проблеме.

Обсуждение законопроекта было бурным. Так, по мнению, юриста Асылбека Айдарбекова, в числе основных понятий закона обязательно должно быть прописано «публичное лицо», которое обязано давать комментарии по относящимся к его компетенции вопросам публичной важности. А одно из требований по ограничению к доступу к информации — «когда вред, нанесённый охраняемым законом интересам вследствие раскрытия информации, более существенен, чем польза от удовлетворения общественного интереса» (ст. 5 п. 3 пп. 3) — без конкретного указания на то, кто и как оценивает потенциальный вред, даёт обладателю информации возможность распоряжаться этой нормой по своему усмотрению.

Общественный деятель Павел Шумкин считает, что закон должен быть максимально кратким и понятным, ведь невозможно расписать в деталях ежедневно меняющиеся реалии нашей жизни. «А если завтра появится какой-нибудь лазерный способ коммуникации — мы будет по нему принимать отдельный закон?» — говорит он.

Представитель Конституционного совета РК Убайдулла Стамкулов, напротив, ратует за то, чтобы в законе был расписан каждый шаг, чтобы не было никаких разночтений.

Правозащитник и общественный деятель Дмитрий Бойко поднял важный вопрос об информации, доступ к которой не подлежит ограничению (ст. 5 п. 4). Так, в развёрнутом перечне упоминаются декларации о доходах политических и административных госслужащих. Эта норма, по его мнению, должна быть переформулирована как «декларации о доходах, имуществе и расходах», потому что некоторые чиновники, имея небольшой оклад, владеют дорогостоящей недвижимостью в других странах, возникает вопрос — на какие доходы она приобретена? Причём речь в данном пункте должна идти не только о самих госслужащих, но и о членах их семей, считает Дмитрий Макарович.

Участники общественных слушаний предложили целый ряд дельных замечаний и предложений по законопроекту. В частности, обратили внимание на то, что в числе подготовленных рекомендаций есть и такая — «разработать и закрепить систему государственного мониторинга в области предоставления обществу информации». Результаты этого мониторинга будут такие — «всё хорошо», уверены участники. Контролировать реализацию закона должно общество, поэтому и мониторинг обязательно должен быть общественным.

«Национальные особенности»

Мнения экспертов о необходимости отдельного закона о доступе к информации разделяются. Одни считают, что в этом есть объективная необходимость, другие же полагают, что для реализации этого права необходимо лишь эффективное правоприменение.

Этой темы на общественных слушаниях коснулся Дмитрий Бойко:

— Какой смысл говорить о совершенстве законов, если они не работают? Хоть создавай закон «Об ответственности за нарушения закона»!

Понятно, что подобные «национальные особенности» значительно тормозят развитие законодательной базы. Однако и в тех странах, где нет особых проблем с соблюдением законов, нормы доступа к информации прописаны отдельно. Подобные законы приняли у себя многие страны ОБСЕ, насчитывающей 56 членов. О необходимости отдельного закона в Казахстане свидетельствуют результаты многочисленных исследований неправительственных организаций.

Об опыте Польши рассказал второй секретарь посольства этой страны в Казахстане Михал Хаброс. Закон «О доступе к публичной информации» был принят в 2001 году после трёхгодичной подготовки. О качественной его проработке свидетельствует тот факт, что за 10 лет в текст закона было внесено всего 3 изменения.

Все озвученные на общественных слушаниях замечания и предложения, по словам президента ОФ «MEDIALIFE» Ольги Волковой, обязательно будут учтены при дальнейшей работе над законом. Вот что она говорит о перспективах этой законодательной инициативы:

— Главное — на сегодня уже есть проект, и то, что его очень активно поддерживают и продвигают депутаты Мажилиса Жакип Асанов и Айгуль Соловьёва, позволяет делать прогнозы о том, что в ближайшее время — если не в этом году, то в следующем — Закон «О доступе к информации» будет принят.

14.09.2011

Татьяна МЕЛЬНИЧЕНКО, www.kn.kz

 


0 комментариев:

Обновить

Подписка на статьи
  • Отписаться от рассылки можно в каждом присланном письме.