Собственница арестована – отбирать имущество проще, а?

На днях я узнал из прессы, что уголовное депо Лизы Беделбаевой, предпринимательницы из Астаны, о которой раньше писали алматинские газеты, закручивается все сильнее и становится, кажется, совсем безнадежным для владелицы компании «Aktiv». Сама она неоднократно заявляла и продолжает утверждать, что имеет дело срейдерским захватом имущества - нескольких построенных и почти построенных домов, гостиницы, хозяйства «Актив» и прочей недвижимости.

На днях я узнал из прессы, что уголовное депо Лизы Беделбаевой, предпринимательницы из Астаны, о которой раньше писали алматинские газеты, закручивается все сильнее и становится, кажется, совсем безнадежным для владелицы компании «Aktiv». Сама она неоднократно заявляла и продолжает утверждать, что имеет дело срейдерским захватом имущества - нескольких построенных и почти построенных домов, гостиницы, хозяйства «Актив» и прочей недвижимости. Поскольку ранее мне довелось ознакомиться с упомянутым уголовным делом, позволю себе несколько суждений.

Оказывается, 19 ноября Л. Беделбаеву, уже во время судебного процесса, заключили под арест. Считаю замену домашнего ареста Л. Беделбаевой на арест и содержание ее под стражей, по крайней мере, ошибкой Алматинского районного суда г. Астаны по нескольким причинам. У суда не было и нет никаких оснований подозревать, что подсудимая может помешать следствию, так как следствие уже завершено. Нет оснований подозревать, что Л. Беделбаева может скрыться, так как она не скрылась и не пыталась этого сделать в течение года, пока шло следствие. Она и не сделает этого, так как является любящей матерью своим двум детям, добропорядочной женой, мечтающей пополнить свою семью. Она убеждена, что у нее и ее дольщиков рейдеры пытаются отнять недвижимость и поэтому всеми силами защищает собственность и сою компанию «Aktiv».

В то же время, находясь под домашним арестом, имея возможность работать, она худо-бедно все же могла контролировать строительство домов и успешно это делала, практически завершив возведение жилищного комплекса «Независимость» и подготовив большую часть квартир к передаче дольщикам и Агентству по делам госслужбы. В связи с ее арестом судом деятельность в этом аспекте фактически прекратилась, работники предприятий практически предоставлены сами себе. Если строительные материалы и раньше растаскивали со строек, то в ее отсутствие, при ликвидации контроля, их расхищение начнется с катастрофической быстротой. Кто за это ответит? Судья, арестовавший Беделбаеву? Едва ли. Суды и судьи за это в республике еще никогда не отвечали.

Накануне судебного процесса Л. Беделбаева подала заявление в Генеральную прокуратуру с просьбой возбудить уголовное дело по факту похищения со счета компании по фиктивным платежным поручениям 27 миллионов долларов. Кто сейчас проконтролирует возврат этих денег, следствие по данному делу? Алматинский районный суд ведь не будет этим заниматься.

Ей, Л. Беделбаевой, надо передавать 50 квартир Агентству по делам государственной службы, построенных в жилищном комплексе «Независимость», надо передавать квартиры дольщикам. То есть передавать как раз те самые квартиры, средства на строительство которых она, Л. Беделбаева, якобы, по версии следствия, похитила. Диву даешься, как можно деньги похитить, а жилье построить? Сможет ли она передать эти квартиры, находясь по судебному постановлению под арестом? Таким образом, она, не передав квартиры, может потерять возможность оправдаться перед тем же судом, который ее арестовал. Скажите, это логично? По нашему убеждению, было бы логичней поступить согласно статье 150 п. 9 УПК РК: «Если нет достаточных оснований в удовлетворении ходатайства о применении к обвиняемому меры пресечения в виде ареста, прокурор и суд вправе применить более мягкую меру пресечения...»

Применение судом жесткой меры пресечения в виде ареста наталкивает подсудимую на мысль о заинтересованности суда в создании дополнительного хаоса в компании «Aktiv».

Как снег на голову и мне, журналисту, и, думаю, самой Л. Беделбаевой свалилось сообщение на суде генерального директора АО «Квартирное бюро» М. Омарова о том, что ранее каким-то судом произведена замена взыскателя долга с «Aktiva». To есть Банк ТуранАлем, у которого в свое время компания брала кредит и задолжала денежные средства, передал право взыскания долга «Квартирному бюро». На этом основании директор Квартирного бюро просил снять арест с имущества компании «Aktiv» и сделал это весьма успешно: арест судом снят, теперь имуществом «Aktiva» можно распоряжаться по собственному усмотрению. Но этот факт вызывает удивление.

Еще, пожалуй, и месяца не прошло, как я вместе с адвокатом компании «Aktiv» заходил в это самое «Квартирное бюро», чтобы выяснить, на каком основании это бюро через газету «Из рук в руки» продавало гостиницу, принадлежавшую компании «Актив». Один из руководителей АО «Квартирное бюро», некто Ногай, тогда отказался нас принять. Как я понял, отсиделся в комнате за стеной своего кабинета. Юрист также не пожелал пояснить, на каком основании продавалась чужая гостиница, к тому же, как я сейчас догадываюсь, находившаяся под арестом. Ни сном ни духом не знала этого и Лиза Беделбаева. Все делалось за ее спиной. Оказывается, уже тогда, видимо, было какое-то таинственное судебное решение, вынесенное без участия самой заинтересованной стороны - компании-собственницы имущества.

Но, господа, в цивилизованном обществе, согласитесь, так дела не ведутся. Таким образом, сегодня в компании «Aktiv» складывается весьма парадоксальная ситуация. Единственный относительно осведомленный в делах руководитель компании и ее владелица Л. Беделбаева, которая могла бы предпринять действенные меры по спасению своего и своих сестер имущества, находится по воле суда арестованной. А в это время завершается передача имущества «Aktiva» другим лицам с помощью Алматинского районного суда, который сегодня ведет уголовный процесс.

В связи с окончательной ликвидацией компании «Aktiv», уничтожение которой при попустительстве чиновников от правоохранительных органов, видимо, неизбежно, я вспоминаю одно требование Л. Беделбаевой, высказанное ею в заявлении на имя Генерального прокурора о возбуждении уголовного дела по факту мошенничества (хищения у компании 27 млн. долларов). «На часть этих денег (то есть украденных у компании), - пишет она, - судя по складывающимся обстоятельствам, подкупаются служащие низового звена правоохранительных органов и судов с тем, чтобы захватить материальные активы компании, ее денежные средства». То есть Лиза Беделбаева конкретно указывает на возможную заинтересованность чиновников низового Звена. Что делает Генеральная прокуратура? Она вместо того, чтобы взять под контроль работу чиновников низового звена, отправляет туда заявление Л. Беделбаевой, то есть передает его заместителю прокурора г. Астаны с просьбой сообщить о его рассмотрении автору обращения. Получается, что Генпрокуратура даже не берет это дело под свой контроль. Некоторые статьи, опубликованные в газете, направляются в тот самый суд, который, арестовав Л. Беделбаеву на судебном процессе, лишил ее возможности оказывать даже малейшее сопротивление рейдерству, захвату имущества компании.

Передача имущества компании «Aktiv» акционерному обществу «Квартирное бюро», как можно догадаться, проведенная по инициативе городского акимата столицы, на наш взгляд, скажем мягко, не совсем оправдана. Почему? Да потому, что на самом деле в этой передаче немало сомнительных моментов. Во-первых, заслуживает внимания правоохранительных органов сам факт уступки требования долга Банком ТуранАлем какому-то Квартирному бюро, не имеющему лицензии на строительство домов. В чем заключается смысл, а может быть чей-то интерес такой передачи? Никто этого не выяснил, хотя ради справедливости следует сказать, что уступка долга третьему лицу кредитным договором предусмотрена. Во-вторых, следует проверить, что уступается Квартирному бюро - строительные материалы, которые были переданы в залог, или готовые дома? Если Квартирному бюро уступается право получения долга на почти готовые дома, а не на строительные материалы, которые передавались в залог банку, а это, скорей всего так и есть, то сделана ли оценка этих недостроенных объектов? Как мне известно, такой оценки не было: следствие ее не провело. Но ведь если строительные материалы, скажем, стоили всего 200 миллионов тенге, то почти готовый дом стоит на порядок выше - миллиарда два тенге. Кто в этом случае планирует получить разницу в стоимости? Она будет передана бывшим владельцам компании, построившим дома, или прейдет Квартирному бюро и иже с ним? Этот вопрос не решен. Или уже решен и получатель разницы известен?

В-третьих, в смешном, а скорее - в драматическом положении при передаче права взыскания долга Квартирному бюро могут оказаться дольщики, подавшие заявления в правоохранительные органы, и Агентство по делам госслужбы. Ведь именно их деньги следствие механически, без финансового анализа положения компании «Aktiv» отнесло к растрате. Если суд пойдет по линии, предначертанной следствием, и признает данный факт - растрату, то ни Агентство, ни названные дольщики не получат своих квартир. То же АО «Квартирное бюро», приобретшее право на недвижимость, сошлется на приговор суда, как на безоговорочное основание, и ничего этим пострадавшим лицам (юридическому и физическим) не даст. Требуйте, мол, с «Aktiva». Такая ситуация, на наш взгляд, вполне возможна.

Известно также, что некоторые заочные решения судов об обращении залогового имущества в погашение кредита Банка ТуранАлем, в том числе судебное решение о замене взыскателя долга, могут быть оспорены: ответчики надлежащим образом не извещались о суде, не присутствовали на судебных процессах, заочные решения своевременно им не отправлялись, и у компании «Aktiv» есть тому доказательства. Как поведут себя Квартирное бюро и акимат города в случае успешного оспаривания заочных судебных решений? Надо полагать, Квартирное бюро, сняв арест с имущества с помощью суда, начнет тратить бюджетные средства на завершение строительства домов без решения стоящих нынче проблем. Или вся надежда теперь на то, что Л. Беделбаева, находящаяся под арестом, никому возразить не сможет, никому не помешает?

Алматинский суд принял к рассмотрению уголовное дело, следствие по которому финансовая полиция г. Астаны провела явно некачественно, неграмотно: предъявляя обвинение в растрате средств, следователь не выяснил, из чего складывается растрата. Он не определил стоимости возведенных домов и незавершенного строительства. Не узнал, какие средства потребуются для завершения строительства. Какова разница между суммой, затраченной на строительство и суммой израсходованных средств. Нет сведений, чьи деньги растрачены: деньги вкладчиков или собственные средства компании? Разумеется, работа эта адски трудная. Проделать ее при полностью разбалансированной бухгалтерии, разрушенном бухучете, чему, по нашему убеждению, способствовала в значительной мере сама финансовая полиция г. Астаны, изъявшая бухгалтерские документы из оборота, практически невозможно. В сложившихся обстоятельствах суд может пойти тремя путями при вынесении приговора: направить дело на доследование, что было бы логично, но все сроки, предусмотренные процессуальным законодательством, и даже не предусмотренные на проведение следствия, уже истекли. Да и лучшего качества новое доследование не даст в силу описанных причин. Суд может прекратить уголовное дело за недоказанностью обвинения, но, судя по тому, что Л. Беделбаева арестована во время судебного процесса, у суда другие соображения: он этого делать, скорей всего, не собирается. Наконец, суд может пойти по следам ошибочного, некачественно проведенного следствия и вынести столь же ошибочное и некачественное судебное постановление об уголовном наказании подсудимых. И этот ошибочный приговор в силу запутанности уголовного дела может, к сожалению, остаться в силе по простой причине: никто из судей апелляционной или надзорной инстанции не пожелает в нем разбираться, даже читать предлинный приговор не захотят. Здесь может сработать сугубо человеческий фактор: нежелание разбираться в запутанном деле, в котором даже следствие за год работы должным образом не разобралось.

Вот пишу, и постоянно возникают вопросы, вопросы. Ответов на них у меня нет, но оставлять без ответов такие вопросы не следовало бы. Слишком много в них таких деталей, которые не могут быть приняты априори. Нет в этом уголовном деле открытости, честности, что ли. Приведу некоторые факты-вопросы, в том числе отмеченные в статье, чтобы подытожить и побудить дать на них ответы заинтересованных лиц:

- Те, кому сегодня передается имущество компании «Aktiv», скрывали от общественности процесс его передачи, не желали делиться информацией по этому вопросу с прессой, в том числе о проводившихся заочных судах по передаче имущества, что само по себе уже должно насторожить правоохранительные органы;

- Лизу Беделбаеву арестовывают на суде и окончательно лишают возможности предпринимать попытки к сохранению собственности компании, к защите прав своих и дольщиков, в то время как ее заявления по фактам хищения имущества оперативно и на должном уровне не рассматриваются;

- деньги из бюджета, выданные на завершение строительства домов, передают Квартирному бюро - неспециализированному акционерному обществу, в то же время компании «Aktiv", имеющей квалифицированных работников и специалистов, денег на завершение строительства не выделяют;

- следствие предъявляет, на наш взгляд, надуманные и необоснованные уголовные обвинения Л. Беделбаевой в растрате средств компании, в то же время никто до сих пор не выяснил, почему Банк ТуранАлем прекратил финансирование компании, что и создало для нее кризисную ситуацию, замедлило возведение домов;

- почему акимат г. Астаны в этой скандальной истории занял сторону Квартирного бюро и отрицательно относится к компании «Aktiv», которая многие годы до этого работала вполне успешно?

- почему никто из руководителей страны и руководителей правоохранительных органов не обращает должного внимания на явно прослеживающуюся тенденцию по уничтожению бизнеса компании «Aktiv», в то время как один из руководителей этой компании Л. Беделбаева не устает говорить, что идет рейдерский захват имущества, хищение денег, что компании достаточно было бы продать какой-нибудь один объект собственности, чтобы рассчитаться со всеми долгами? Такой возможности компании не представлено.

Странно, что Л. Беделбаева все еще верит и надеется, а порой высказывает искреннюю привязанность и любовь к одному из руководителей страны, который, по ее мнению, много сделал для государства. С тем ее, скорей всего, и посадят, чтобы лишить компанию главного защитника. Найдут какую-нибудь мелочь в огромном и беспомощно созданном уголовном деле, отвечать за которое не хочет даже сам следователь А. Турсынов, дважды не явившийся на судебный процесс. А без Л. Беделбаевой компания потерпит окончательный крах, и никто ей не захочет помочь: нет у нее так называемой «крыши», нет высокопоставленных доброжелателей, а без таковых в нашей стране крупным и средним бизнесом заниматься не следует. Давно пора было бы это уразуметь. Пусть простят меня за скепсис ярые оптимисты.

Что касается Л. Беделбаевой и ее компаньонов по бизнесу, то у них, скорей всего, останется одна возможность: много еще истратить бумаги, а позже, может быть, обратиться за защитой в международные органы. Это после того, как в Казахстане войдут в силу факультативные протоколы к Международному пакту о гражданских и политических правах.

26.12.2007

Владимир Воевод, Правда Казахстана

 


0 комментариев:

Обновить

Подписка на статьи
  • Отписаться от рассылки можно в каждом присланном письме.