Не тот план, что генеральный

Под занавес прошлого года Правительство утвердило генеральный план развития Караганды. Шахтерская столица стала девятым по счету областным центром, который будет жить по новой архитектурной стратегии, заверенной Кабмином. Однако «очередь» из областных центров, желающих утвердить свои генпланы, меньше от этого не стала. Причем многие из «очередников» уже во второй и, по всей видимости, не в последний раз просят одобрения Правительства. Поэтому мы задались вопросом, действительно ли генплан так необходим, и почему утвержденные ранее генпланы требуют корректировок.

Под занавес прошлого года Правительство утвердило генеральный план развития Караганды. Шахтерская столица стала девятым по счету областным центром, который будет жить по новой архитектурной стратегии, заверенной Кабмином. Однако «очередь» из областных центров, желающих утвердить свои генпланы, меньше от этого не стала. Причем многие из «очередников» уже во второй и, по всей видимости, не в последний раз просят одобрения Правительства. Поэтому мы задались вопросом, действительно ли генплан так необходим, и почему утвержденные ранее генпланы требуют корректировок.

Всему голова

Генеральный план — это святая святых строителей и архитекторов. Этот документ представляет собою стратегическую концепцию развития города, причем научно обоснованную. Закон «Об архитектурной, градостроительной и строительной деятельности в РК» так определяет значение и функции генплана: «генплан… является основным юридическим документом, основанным на социальных и экологических критериях, всестороннем учете потребностей человека и ресурсной емкости территории. Генеральный план определяет долгосрочные перспективы территориального развития города, направления формирования планировочной структуры, функционально-градостроительное зонирование территории, распределение земель по видам собственности, принципиальные решения по размещению объектов общегородского значения».

Другими словами, без этого документа невозможно комплексное развитие и функционирование населенного пункта, ибо им охватываются все системы жизнеобеспечения: социально-экономические сферы, строительство жилфонда, объектов соцкультбыта, инженерные сети и т.д. Поэтому и процедура принятия генерального плана довольно сложная и долгая. В настоящее время она выглядит следующим образом: разработка — утверждение городским маслихатом — утверждение областным маслихатом — согласование с профильными министерствами и ведомствами — утверждение Правительством.

После того как Правительство утвердит генплан, отклонений в его реализации не должно быть, а если власти хотят внести какие-либо изменения, то они должны согласовать это с тем органом, которым план утвержден, то есть с Правительством.

Как таковые генпланы имеются у каждого населенного пункта — они остались в наследство от эпохи «развитого социализма». Однако со сменой экономической формации, произошедшей вместе с провозглашением независимости, о необходимости генпланов и тем более об их соблюдении было забыто. И когда пришло время «собирать камни», стало ясно, что имеющиеся генпланы не отвечают картине дня, так сказать, «морально устарели». Инженерные коммуникации работают на пределе своих мощностей, в самой архитектуре произошла смена приоритетов. А земельные баталии, хаотичная застройка и архитектурный винегрет стали обычным явлением в жизни любого населенного пункта. Поэтому с конца 90-х годов все чаще стали говорить о необходимости принятия новых генпланов.

На сегодняшний день из 14 областных центров и двух городов республиканского значения новые генеральные планы развития имеют девять городов. Это — Астана (год утверждения — 2001), Алматы, Атырау (2002), Шымкент, Талдыкорган (2004), Актау, Уральск (2005), Караганда, Петропавловск (2007).

По старым генпланам живут Усть-Каменогорск (год утверждения — 1967), Семипалатинск (1971), Павлодар (1981), Костанай (1984), Кокшетау, Тараз (1986), Кызылорда (1989). Однако сейчас власти этих городов занимаются подготовкой новых генпланов — одни находятся на стадии разработки, другие на стадии согласования и утверждения в Правительстве. Так, Кызылорда планировала утвердить свой генплан до конца 2007 года. В нынешнем году получить «добро» от Правительства намереваются Семипалатинск, Тараз, Кокшетау и Костанай. Но не факт, что это произойдет. Как показывает практика, разработка и утверждение документа в Правительстве — долгий процесс. К примеру, разработка генплана Павлодара велась два года, областной маслихат утвердил проект еще год назад, но окончательного утверждения на уровне Правительство пока еще не произошло.

Генплан не панацея

И все же утверждение генерального плана развития не является панацей от всех проблем. На сегодняшний день о необходимости внесения изменений заявили практически все города, генпланы которых были утверждены в период независимости.

Одними из первых об этом два года назад заявили власти Шымкента. Так, по генплану, утвержденному Правительством в 2004 году и рассчитанному до 2015 года, предполагалось, что численность населения к указанному сроку должна достичь 600 тысяч человек. Однако уже сегодня областной центр Южно-Казахстанской области насчитывает около миллиона жителей и занимает территорию в 35 тысяч гектаров — притом что существующий генеральный план разработан только на половину этой площади. Предполагается, что новый документ будет разрабатываться из расчета проживания в областном центре полутора миллионов человек на площади в 65 тысяч гектаров.

Не прошло и трех лет со дня утверждения генплана Атырау в 2002 году, как власти города также заявили о необходимости его серьезной корректировки и доработки. Одной из основных причин стало то, что в документе упор делался в основном на малоэтажную, высокоплотную застройку, тогда как сейчас в связи с дороговизной и дефицитом земли наметилась тенденция к строительству высотных зданий. Это, в свою очередь, вызвало пересмотр принятых ранее транспортных схем и схем инженерных коммуникаций города.

Особенно актуальна проблема корректировки генпланов в Астане и Алматы. Для наглядности обратимся к опыту столицы.

Численность населения Астаны на 1 октября 2007 составила 595,4 тысячи человек, тогда как, согласно прогнозам генплана образца 2001 года, этот показатель только к 2010 году должен был составить 331 тысячу человек. О том, что темпы роста численности населения побили все прогнозные показатели, свидетельствует тот факт, что власти Астаны планировали получить статус города-миллионника сначала в 2025-м, а теперь уже в 2012-м. Хотя такая перспектива в 2001 году даже не рассматривалась — планировалось, что количество жителей столицы не будет превышать 800 тысяч даже к 2030 году.

Рост численности населения, конечно, сказался на том, что значительно выросли нормы потребления электроэнергии, воды, теплоэнергии, нет достаточного количества учреждений социально-бытового назначения (детские дошкольные учреждения, школы, колледжи, больницы и т. д.).

Соответственно, потеряли свою актуальность прогнозируемые технико-экономические показатели.Проблема нехватки энергетических мощностей для Астаны уже не миф, а реальность: потребление электроэнергии в период с 2000 по 2004 год увеличилось более чем в 4 раза. По данным за июль прошлого года, уровень автомобилизации Астаны достиг 300 единиц автотранспорта на 1000 человек (за последние семь лет количество автомобилей возросло в 5,6 раза). Этот показатель практически достиг прогноза генплана на 2030 год. Между тем транспортная сеть столицы развивается непропорционально росту количества автомобилей: за это время протяженность улично-дорожной сети возросла менее чем на 8 процентов.

По состоянию на 1 мая 2007 года общая площадь жилищного фонда столицы составляла 7778,4 тысячи квадратных метров. Рост общей площади введенного жилья с 2000 по 2004 год составил 194 процента. Эта цифра значительно превышает темп увеличения численности населения, который за те же четыре года составил 34 процента. Однако, несмотря не такую диспропорцию, жилищный вопрос для астанчан не теряет своей актуальности.

В генеральные планы Астаны и Алматы уже внесены изменения на уровне Правительства, но и они не решают проблему соответствия документов развитию городов. Об этом, к примеру, в сентябре прошлого года заявили члены градостроительного совета Алматы. На местах картина обстоит более печально. Ведь если для решения вопросов внесения изменений в генпланы городов республиканского значения специально проводятся заседания Правительства под председательством главы Кабмина, а для устойчивого развития Астаны создан специальный центр, то областные центры в этом отношении обделены таким вниманием и по большому счету предоставлены сами себе.

Итак, практика показывает, что необходимость корректировки не так давно утвержденных генпланов вызвана, в первую очередь, выявленными расхождениями между утвержденными проектными решениями и реальными темпами развития городов, а также условиями, в которых происходит процесс реализации генплана. Во многом это обусловлено высокими темпами урбанизации. Упадок сельского хозяйства и депрессивное состояние малых городов привели к тому, что в поисках лучшей жизни люди устремились в большие города. В связи с этим реальные темпы роста численности населения в них превысили прогнозируемую динамику.

«Генплан… является основным юридическим документом, основанным на социальных и экологических критериях, всестороннем учете потребностей человека и ресурсной емкости территории» (Закон «Об архитектурной, градостроительной и строительной деятельности в РК»).

22.01.2008

Бауржан ТОЛЕГЕНОВ, www.kn.kz

 


0 комментариев:

Обновить

Подписка на статьи
  • Отписаться от рассылки можно в каждом присланном письме.