В списках значатся

Закон будет карать только около 60 алматинских семей, а остальная сотня может жить-поживать да добра наживать. Некоторые собственники, лишенные права собственности по приговорам судов, были выселены из квартир 28 января. Но они не сдаются и продолжают шагать по судебным инстанциям. Хотя вряд ли вердикты служителей Фемиды будут вынесены в пользу простых людей. На такую мысль наталкивает одно обстоятельство. В имеющихся решениях судов не только содержание, но и ошибки схожие. Как будто судьба людей решается по заготовленному заранее шаблону.

Под выселение из якобы незаконно полученных квартир почему-то попала лишь часть всех «черносписочников».

Закон будет карать только около 60 алматинских семей, а остальная сотня может жить-поживать да добра наживать. Некоторые собственники, лишенные права собственности по приговорам судов, были выселены из квартир 28 января. Но они не сдаются и продолжают шагать по судебным инстанциям. Хотя вряд ли вердикты служителей Фемиды будут вынесены в пользу простых людей. На такую мысль наталкивает одно обстоятельство. В имеющихся решениях судов не только содержание, но и ошибки схожие. Как будто судьба людей решается по заготовленному заранее шаблону. Такое отношение к гражданам должно было бы насторожить кого надо. И это происходит. Во всяком случае уже два мажилисмена – Танирберген Бердонгаров и Айгуль Соловьева – сделали депутатские запросы в правительство и Генеральную прокуратуру по поводу серьезных нестыковок в действиях Фемиды по отношению к «нарушителям» государственной программы жилищного строительства.

В конце января судоисполнители Алматы за один день выселили сразу свыше 70 алматинских семей из квартир, полученных людьми по предыдущей жилищной программе. «Литер» писал об этом 29 января в материале «Переселение душ». Однако в общем «черном списке» фигурантов куда больше – 161. К некоторым из них претензии государства внезапно прекратились – то ли фиктивные справки перестали быть таковыми, то ли сама собой решилась проблема несоответствия по приоритетности. Что определенно наталкивает на размышления.

Материал «Переселение душ» стал основанием для депутатского запроса на имя премьер-министра. То есть история с распределением жилья и дальнейшим разбирательством государства по этому поводу показалась мутной не только нам и самим выселенцам, но и мажилисмену, члену партии «Нур Отан», ведущей сейчас борьбу с коррупцией, Танирбергену Бердонгарову. Между тем первого марта истек месячный срок, который отводится на подготовку официального ответа правительства. Но мажилисмен Бердонгаров, первым из коллег поднявший эту тему, так и не получил ответа. Через неделю на вопросы уже другого мажилисмена – Айгуль Соловьевой – должна ответить Генеральная прокуратура.

Тем временем нам удалось выяснить, что у всех «черносписочников» самые разные обстоятельства попадания в перечень выселяемых. Мы разыскали еще девять человек, которые безуспешно пытаются сохранить за собой право собственности на госжилье через суд.

Судя по имеющимся на руках документам, на основании которых подготовлена данная публикация, каждая семья заслуживает те квадратные метры, которые безвозвратно пытается отнять государственная машина. В февральском «черном списке» у них у всех в графе нарушения значится «фиктивная справка». Весьма любопытна природа появления этих фиктивных справок, которая стала для редакции открытием.

По словам Бахыт Тасбулатовой (21-я по «черному списку») и Калии Шораевой (83-я в списке), с самого начала действия предыдущей госпрограммы департамент жилья Алматы настолько усложнил процесс постановки в очередь, что люди не могли выяснить, какие же документы нужно принести. Кроме того, большинство кандидатов на участие в программе вообще не могли пробиться в соответствующие отделы. Нам почему-то в это верится. Во всяком случае в феврале этого года алматинцы воочию убедились, как мастерски департамент умеет создавать столпотворение у своего офиса. Видимо, в этот раз отрабатывалась уже опробованная схема внедрения нелегального института посредников между желающими попасть в число участников программы и чиновниками.

Но вернемся к прошлой программе. Тогда беспрепятственно проникать во все кабинеты департамента жилья могли одни и те же люди. Они предлагали за определенную плату помощь в приеме документов. А их просили немного – кроме удостоверения личности, СИКа и РНН, нужно было принести справку о составе семьи и подтверждение об отсутствии зарегистрированной недвижимости в Алматы.

– О том, что я, оказывается, работаю в СШ № 104 (это нарушение было указано в том самом черном списке – Авт.), я узнала на допросе в КНБ. Там же во время очной ставки впервые увидела и директора этой школы, которого приводили в наручниках, – говорит Бахыт Тасбулатова. – Я ни разу не видела в глаза папку со всеми моими документами, по которым мне департамент жилья распределил квартиру, хотя до вынесения жилищной комиссией положительного решения я прошла три проверки, в том числе и акиматовскую. И подумать не могла, что посредники так хорошо отрабатывают свои деньги, подделывая документы. Я намеревалась получить жилье как мать-одиночка и просила следователей КНБ найти ту посредницу, которая брала у меня документы, но меня и слушать не стали.

Аналогичная ситуация была и у других кандидатов на квадратные метры по госжилпрограмме. С учетом ажиотажа на рынке жилья в это сложно не поверить. Наши собеседники утверждают, что при той практике, что сложилась при реализации предыдущей жилищной программы, лиц, не прибегавших к помощи посредников, вообще очень мало. В основном это те, к кому за документами сотрудники департамента сами приезжали в служебные кабинеты. Но их в списке «161», естественно, и не оказалось. Более того, среди «неудачников», которые уже друг другу стали чуть ли не родней, муссируются слухи о том, что первоначально, до того времени пока их фамилии не попали на заседание Совета безопасности, в списке вообще было около 700 человек. Но по неизвестным причинам нескольким сотням абсолютно таких же «нарушителей» удалось в последний момент покинуть «опасную зону».

Между тем в отношении всех, кто в феврале прошлого года имел счастье прославиться на всю страну через СМИ, был нарушен главный принцип правосудия – презумпция невиновности. Людей признали виновными еще до того, как началось следствие и судебные разбирательства. Наивно полагать, что после публичной огласки нарушители вдруг могут оказаться совсем и не нарушителями, а их попадание в «черный список» было случайным. Хотя нет, отдельным собственникам жилья повезло больше, чем их соседям.

По словам Калии Шораевой, супруги 83-го по списку «правонарушителей» Марата Шораева, ее сосед Садыков Э.А., 4-й по списку, почему-то продолжает проживать в квартире и заниматься предпринимательской деятельностью, в то время как семья Шораевых вынуждена обивать пороги родственников и уже месяц жить порознь.

Аналогичная ситуация и у Бахыт Тасбулатовой. Как она утверждает, в ее подъезде, как минимум, трое владельцев трехкомнатных квартир, проходивших по «черному списку», продолжают радоваться жизни, и судоисполнители их не беспокоят. Что может означать эта выборочность?

Любопытно, что при вынесении решений по делам «выселенцев» судьи применяли статьи действующего законодательства, которые вообще не имели отношения к предмету прокурорских исков. И это вполне объяснимо – таких статей в законодательстве просто нет, а дела «подгонялись» под более-менее похожие нормы.

Чтобы не быть голословными, приведем пример. По выселенческому делу Бахыт Тасбулатовой суд применил главы 11 и 14 закона «О жилищных отношениях», но эти главы посвящены правам и обязанностям нанимателей жилищ из госфонда и прекращению права пользования ими. Какое отношение имеет арендное или служебное жилье к делу, если выселять предстоит собственника жилья, который заключил с государством сделку купли-продажи и с помощью банка оплатил бюджету всю сумму за него? К тому же жилье, возводимое в рамках госпрограммы, не входит в государственный жилищный фонд, поскольку продается, а не сдается в наем.

Другое основание, по которому суды выносили свои решения: несоответствие «черносписочников» праву приоритетности на получение жилья. Все судьи, вершившие правосудие в отношении тех, кто якобы незаконно получил госжилье, в одночасье и поголовно забыли о разделе 4 госпрограммы, где четко сказано, что «…основной целью программы является комплексное решение проблем развития строительства, обеспечивающее доступность широким слоям населения». По всей видимости, правоохранительные органы и служители Фемиды объединили понятия «широкие слои населения» и «приоритетное право», сделав три категории «приоритетников» исключительными претендентами на дешевые квадратные метры.

– С нами поступили, как с собаками. Вечером 28 января, когда шло выселение людей, судоисполнители, представители прокуратуры и нашего КСК ходили со связкой ключей внимательно рассматривали жилье и обсуждали, каким персонам пойдут наши квартиры, – говорит Бахыт Тасбулатова. – Представляете, что они себе позволяли? Многие из людей еще даже в городском суде в порядке надзора свои дела не решили. Нам просто не дают возможности защитить себя хотя бы через суд. Сомневаюсь, что тех, кто заселится в наши квартиры, также выбросят на улицу посреди зимы с малолетними детьми и престарелыми родителями.

05.03.2008

Александра АЛЕХОВА, www.liter.kz

 


0 комментариев:

Обновить

Подписка на статьи
  • Отписаться от рассылки можно в каждом присланном письме.