«Несущественные обстоятельства»

Судью не смутил тот факт, что чужую квартиру отдали лжеветерану, в обход очереди и по поддельному документу.

Судью не смутил тот факт, что чужую квартиру отдали лжеветерану, в обход очереди и по поддельному документу.

Вернуть себе собственное жилье пытается карагандинка Светлана Алимбаева. Несколько лет назад принадлежащую ее семье квартиру как разбитую и брошенную передали участнику Великой Отечественной войны. А потом оказалось, что квартира не была ни разбитой, ни брошенной. Да и сам ветеран среди участников ВОВ не значится. Тем не менее получить свою недвижимость обратно Светлане Искаковне до сих пор не удалось.

Суд признал, что Светлану Искаковну Алимбаеву обманом лишили жилья: но возвращать ей квартиру не посчитал нужды:-Двухкомнатную квартиру в 22-м микрорайоне, о которой идет речь, получил мой муж, - рассказывает Светлана Алимбаева. - Для этого он больше десяти лет проработал в домоуправлении, получал копейки, но мы терпели - очередь на жилье ведь двигалась… А в 2002 году у мужа признали открытую форму туберкулеза. Он лег в больницу, потом мы уехали к родственникам в деревню - врачи сказали, там ему будет лучше. Квартира стояла закрытой, соседка за ней присматривала, я время от времени приезжала, узнавала, как дела. И вдруг мне сообщают, что там кто-то живет. Я решила навести справки…

Выяснила Светлана Искаковна следующее. Управление жилищно-коммунального хозяйства обратилось в суд и попросило признать квартиру бесхозяйной, так как собственники ею не интересуются, а само жилище было приведено в негодность и требовало серьезного ремонта. Этот ремонт сделал ветеран Великой Отечественной войны, которому акимат предоставил квартиру по договору опеки. Сам участник ВОВ рассказал, что получил жилье без окон, без дверей и без сантехники. Но все привел в порядок, регулярно оплачивает коммунальные услуги и поэтому надеется на справедливое решение... И суд без долгих разговоров удовлетворил исковые требования УЖКХ, указав в решении, что слова ветерана подтверждают и акт о техническом состоянии квартиры, и свидетельские показания работника КСК. К тому же в деле есть заявление на отказ от жилища, подписанное самой Светланой Алимбаевой.

- Но я никакого заявления не писала, - возмущается она. - Да, под ним действительно стоит моя фамилия и номер удостоверения личности. Но номер не моего удостоверения, а мужа! Когда мы уехали, в квартире остались ксерокопии кое-каких документов, вот оттуда номер и взяли.

Светлана Искаковна стала писать жалобы в суд, в прокуратуру, в финансовую полицию. Последовавшие за ними проверки дали неожиданный результат. Например, работник КСК, чьи свидетельские показания фигурируют в решении суда, заявила финансовым полицейским, что в суд ее никто не вызывал и ни о чем не спрашивал. Как такое могло получиться, теперь будет разбираться отдел внутренней безопасности Карагандинского областного суда. Кроме того, акт о техническом состоянии квартиры, подписанный, как и положено, соседями и руководством КСК, ни соседи, ни председатель кооператива собственников квартир не подписывали. Правда, печати КСК на документе подлинная.

- Я их поставила по просьбе куратора района (работника акимата - авт.), - призналась финансовым полицейским председатель КСК. - Куратор мне сообщила, что владельцы квартиры написали отказную. Но сами они ко мне не обращались, ключи не сдавали, состояние квартиры было удовлетворительным - оконные проемы застеклены, входная дверь закрывалась на замок, опасности создания аварийной ситуации не было…

Почерковедческая экспертиза показала, что отказное заявление, выполненное от имени Светланы Алимбаевой, ни сама она, ни члены ее семьи не писали. Чья рука водила авторучкой, так и осталось неизвестным.

А вскоре управление по делам обороны области сообщило в финансовую полицию, что получивший квартиру ветеран в списке участников Великой Отечественной войны… не значится.

Тут же выяснилось, что в очереди на жилье этот человек не стоял, да и не мог стоять, ибо не нуждался - у него есть собственный дом. Кроме того, в 1994 году он уже получал квартиру в соседнем микрорайоне, которую затем продал.

Тем не менее от всех этих откровений Светлане Алимбаевой легче не стало. Суд отказался пересмотреть решение о признании квартиры бесхозяйной. Так как "те обстоятельства, что ветеран не состоял в очереди на получение жилья, а также не являлся участником Великой Отечественной войны, акт о техническом состоянии квартиры подписан не теми лицами, которые указаны в акте, а также то обстоятельство, что заявление на отказ от квартиры подписано другим лицом, не являются существенными".

Финансовая полиция тоже отказалась возбудить уголовное дело по вышеперечисленным фактам, ибо "для принятия обоснованного и законного процессуального решения необходимо проведение судебно-почерковедческой экспертизы по оригиналу акта о техническом состоянии квартиры".

Оригинал должен был храниться в акимате Октябрьского района, но его там нет. Где он, неизвестно, "установить его местонахождение не представляется возможным, так как возможности по его установлению исчерпаны".

Да и сам получатель жилья, пока тянулись разбирательства, умер. Теперь там живут родственники, которые квартиру приватизировали.

Правда, недавно управление жилищно-коммунального хозяйства обратилось в суд с иском - просит признать договор приватизации спорной квартиры недействительным и выселить всех проживающих. А пока на жилье наложить арест.

- Вот вокруг ареста все сейчас и вертится, - жалуется Светлана Алимбаева. - Новые владельцы квартир через суд его снимают, я сразу пишу жалобы, добиваюсь, чтобы арест снова наложили, они его опять снимают. Еще я хожу по остановкам - срываю объявления о продаже квартиры, которые развешивают эти люди. Так и живем. Не знаю, сколько это будет продолжаться и чем все закончится. Конечно, в душе надеюсь на лучшее. Но, если честно, уже так устала бороться…

Ссылка на источник: www.nv.kz 

 


0 комментариев:

Обновить
Дата выхода: 24 октября 2007   Сброс
Подписка на новости
  • Отписаться от рассылки можно в каждом присланном письме.