Смиритесь, вас «заказали» - продолжение

Напомним, что изначально в знаменитом «черном списке», оглашенном генпрокурором на заседании Совбеза, фигурировала 161 фамилия, а до суда и до реальной конфискации незаконно полученного жилья дошло только 71 дело, что определенно вызывает недоумение. Либо правоохранительные органы работали на скорую руку и случайно внесли в разряд правонарушителей 110 законопослушных алматинцев, либо… эти люди «купили» свою правоту. А поскольку в списке оказались «священные коровы», полагаем, что судьям и органам прокуратуры пришлось «стряпать» исполнительную статистику из того, что осталось, – простых смертных, в чьих делах засветилась «липа».

Известна цена, за которую некоторые «черносписочники» остались при своих квартирах.

Начало статьи...

Напомним, что изначально в знаменитом «черном списке», оглашенном генпрокурором на заседании Совбеза, фигурировала 161 фамилия, а до суда и до реальной конфискации незаконно полученного жилья дошло только 71 дело, что определенно вызывает недоумение. Либо правоохранительные органы работали на скорую руку и случайно внесли в разряд правонарушителей 110 законопослушных алматинцев, либо… эти люди «купили» свою правоту. А поскольку в списке оказались «священные коровы», полагаем, что судьям и органам прокуратуры пришлось «стряпать» исполнительную статистику из того, что осталось, – простых смертных, в чьих делах засветилась «липа».

smirites_2.jpgВ одной из своих статей, посвященных проблемам «выселенцев», «Литер» уже писал об истории Бакыт Тасбулатовой, которой прокуратура вменила в качестве нарушения правил реализации госпрограммы наличие в собственности другого жилья. Муж Бакыт погиб на одной из столичных строек, после смерти главы семейства вдова угодила вместе с сыном в аварию. Чтобы оправиться от ДТП, Бакыт продала однокомнатную квартиру в Астане, в которой семья проживала до трагедии. Однако при вынесении решений суды всех инстанций, в том числе и Верховный, не удосужились даже выяснить судьбу квартиры.

Когда Тасбулатова вставала на очередь на получение коммунального жилья, к ней подошла ее давняя знакомая Толкын Е., которая убедила Бакыт в том, что в департамент жилья она самостоятельно не попадет, и пообещала помочь. Помогла. В досье Бакыт Тасбулатовой, которую не приглашали ни на одно из заседаний жилищной комиссии, появились две липовые справки: из школ № 155 и 104. Причем о наличии фиктивных документов ответчица узнала впервые на допросе в КНБ.

Посредница Толкын Е., кстати, тоже получила квартиру в рамках госпрограммы – в доме 299 микрорайона «Мамыр-4», где сейчас проживают квартиранты. Но, несмотря на то что в момент оформления доступного жилья женщина владела трехкомнатным жилищем в 4-м микрорайоне, ее фамилии в «черном списке» почему-то не было и нет.

Помимо госпожи Е., среди узнаваемых посредников при своих интересах остались еще несколько, имена и фамилии которых теперешние «выселенцы» не скрывают. Например, господин Б.Б. Токкожаев, проходивший по списку генпрокурора под номером 2, в момент получения квартиры по проспекту Райымбека, 243а, являлся членом партии «Нур Отан» и работал в ее алматинском филиале. За махинации с подделкой справки господина Токкожаева исключили из рядов партии, но на этом все и закончилось. В пресловутом «черном» февральском списке в графе «Результаты» (разбирательства. – Ред.) напротив фамилии Токкожаев пусто, то есть дело в тот момент не было даже передано в суд. Однако, по словам заместителя директора Бюро интеллектуальной собственности Нины Савицкой, которая изучает «дело выселенцев», бывшему партработнику повестку о выселении приносили, но забрали ее обратно с извинениями. Некто Квон М.К., открывшая «черный список», по словам «выселенцев», осталась при своем незаконно полученном имуществе за 20 тысяч долларов.

Новоиспеченные «бомжи» знают в лицо и некую Бахыт, вхожую в городской акимат, которая предлагала свои услуги многим претендентам на госжилье. Приватную помощь в подготовке документов «как нужно» посредники оценивали от 2 до 50 тысяч (!) долларов – в зависимости от сложности дела. Самое печальное, что барьер между бездомными алматинцами и департаментом жилья, именуемый «посредниками», никто перешагнуть не мог. Поэтому выбора у людей не было. В прошлом году, когда некоторым из «черносписочников» пришлось иметь дело со следствием КНБ, они просили разыскать тех самых посредников и взять с них показания о бурной деятельности и «медвежьих услугах», но никто в правоохранительных органах и ухом не повел.

Рая Омарова, на иждивении которой находятся несовершеннолетний больной туберкулезом сын, сестра-инвалид и мать 1926 года рождения, при подаче документов в департамент жилья представила посреднику Ерлану реальную справку о работе в АО «Фонд развития малого предпринимательства», но с какой-то стати квартиру получила как учитель биологии. Видимо, члены сердобольной жилищной комиссии посчитали, что кандидат сельхознаук, автор одного из сортов ячменя, имеющая на руках трех иждивенцев, де-юре как работник фонда не может получить квартиру по госпрограмме, а де-факто – достойна льготного жилья, и приобщили липовую справку посредника к делу. И этим все испортили. Как сейчас говорит Рая Омарова, в начале этого года вернувшаяся в сельхознауку: лучше бы сразу отказали в жилье, а не морочили голову.

Однако у тех упомянутых уже нами правонарушителей, в отличие от многих других абсолютно таких же «черносписочников», жизнь после январского выселения действительно пошла под откос. Кто-то вынужден снимать комнату в общежитии, кто-то кочует по родственникам. Но все они с глубокой обидой на государственные органы наблюдают, как теперь уже бывшие их соседи сдают госквартиры временным жильцам или даже содержат домашних животных (!), за которыми присматривают наемные лица. В доме 300 микрорайона «Мамыр-4» таких «особо нуждающихся в жилье» хозяев аж трое: из 34-й, 35-й и 43-й квартир. В квартире 33 того же дома уже год шумят строители. Интересно, стали бы люди, действительно нуждающиеся в жилье, целый год доставлять себе подобные неудобства? Вряд ли, если учесть, насколько недешева нынче аренда недвижимости.

Спрашивается, неужели претенденты на госжилье так искусно смогли спрятать имеющуюся в их распоряжении недвижимость, что ее не обнаружили правоохранительные органы? На этом фоне жизненные ситуации «выселенцев» начинают казаться еще более возмутительными с точки зрения справедливости и объективности действий государственных органов.

Разве стала бы Алия Акылбекова, 90-я по «черному списку», покупать фиктивную справку о работе в управлении по делам обороны Турксибского района Алматы, если на момент получения жилья она работала (и продолжает работать по сей день) в Институте профессионального развития кадров заведующей кабинетом профессионального и технического образования? Почему-то прокуратуру совсем не заинтересовала личность человека, который умудрился «достать» фиктивный документ из районного управления по делам обороны. Во всяком случае, во время судебного разбирательства этот факт вообще никого не интересовал.

С работницы городской коллегии адвокатов Гаухар Салимбаевой (по списку 123-я) суд № 2 Ауэзовского района потребовал в соответствии со статьей 65 ГПК «доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений» в части «наличия в материалах учетного дела вышеуказанной справки (о работе в Республиканском немецком драматическом театре. – Ред.), происхождение которой ей неизвестно». Как человек может доказать то, чего он не знает? Кстати, по статье 66-4 ГПК РК доказательства могут быть получены при содействии суда, то есть служитель Фемиды, если он рассматривает дело в целях вынесения справедливого решения, должен сделать запрос в жилищную комиссию о том, как несоответствующие действительности сведения оказались в учетном деле. Но подобных запросов суд не делал.

Более того, из материалов досье, пришедших в суд, исчезли документы, которые Гаухар Салимбаева подавала в департамент жилья и которые решили бы дело в ее пользу в суде. Семья Салимбаевых находится в приоритетной группе как молодая, имеющая грудного ребенка, у которой нет другого жилья, а глава семейства является работником правоохранительных органов.

Наивно полагать, что адвокат стала бы использовать для получения льготной квартиры справку сомнительного происхождения устаревшего образца – без печати, исходящего номера и даты составления. Как жилищная комиссия, в которую входят грамотные люди, могла пропустить такой документ? К слову, при получении ипотечного кредита дешевая «липа» вообще не фигурировала, то есть от банка сомнительную бумажку сознательно утаили. Кому все это было нужно?

(Продолжение следует).

02.04.2008

Александра АЛЕХОВА, www.liter.kz

 


Еще комментарии

Подписка на статьи
  • Отписаться от рассылки можно в каждом присланном письме.