«Они жили в ветхой землянке»

Более трех миллионов квадратных метров жилья в Казахстане не пригодны для проживания. Такие дома в скором будущем собираются сносить, а на их месте строить...

«Они жили в ветхой землянке…»Более трех миллионов квадратных метров жилья в Казахстане не пригодны для проживания. Такие дома в скором будущем собираются сносить, а на их месте строить новые многоэтажки. Правда, произойдут эти изменения не за один год.

Сегодня жительница дома № 62 по улице Кенесары Айгуль Мамаева впервые за долгое время играет спокойно с одной из своих дочерей. В остальное время тихо и мирно женщине не дает жить ее же собственная квартира. Здесь то потолок обрушится, то входная дверь перекосится.

— В прошлом году у меня люстра упала, потому что дом шаткий. Я ее даже и не вешаю из-за боязни, что упадет на кого-нибудь. Однажды, когда грузовик проехал, у нас перекосило двери, — рассказывает женщина.

В этом старом домишке Айгуль живет уже двадцать лет. Когда женщина с детьми впервые въехала сюда, дом был хоть и небольшим, но уютным. Правда, длилось это недолго. Стали осыпаться стены, рушиться потолки. А несколько лет назад здесь случился пожар, причиной которого стала неисправная проводка. Пламя вспыхнуло неожиданно, поэтому жильцам спастись удалось чудом.

«Они жили в ветхой землянке…»Ермек Ащербеков — ровесник столичного дома. Ему и его жилью в этом году исполняется 52 года. Правда, если сам пенсионер в свои пятьдесят «с хвостиком» бодр и здоров, то дом сыпется прямо на глазах. В стенах образуются трещины, в крышах дыры. В квартире Ермека потолок грозит свалиться на голову. Жильцы как могут поддерживают свое жилище. Чтобы потолки не упали, прибили к ним деревянные балки.

— Дорога сейчас здесь рядом. У нас всё дребезжит. Вот ночью спишь, дом шатается. Если кто-то будет проверять, то убедятся, что здесь уже на 100 процентов нельзя жить. Вы посмотрите — ни туалета нет, ни воды. Мы 20 лет воду таскаем, — сетует пенсионер.

Дом, в котором живет Ермек Ащербеков, был построен в 1960 году. Его возводили еще первоцелинники. Дома изначально задумывались как временное жилище для приезжающих. Но тогда строили на века. Может быть, поэтому дом пока не обрушился на голову обитателям.

Здание, говорят жильцы, еще в 2006 году обещали снести. Даже выдали на руки жильцам соответствующее заключение о сносе. Но прошло уже шесть лет, а дом продолжает стоять.

Еще одна жительница Астаны Вера Богданова также проживает в старом домишке. Настолько старом, что ей приходится ежегодно чуть ли не капитально ремонтировать квартиру. Вот она уже снова отдирает от стены старую штукатурку. Так женщина готовится к очередной переделке.

— Несколько раз в год приходится переклеивать обои, красить, так как стены и окна покрываются плесенью, в подъезде и квартире весной стоит вода из подвала, а пол проваливается. В квартире его уже дважды приходилось менять. И вот снова кусок пола провалился. Заделали кое-как до лета. В том году мы делали ремонт. А толку нет. Обои все отклеились, углы по рамам тоже. Откосы в том году сделали. Кругом плесень. Опять по-новому все надо делать, — рассказывает астанчанка.

Несмотря на все эти проблемы, говорит Вера Богданова, ее дом исключили из числа аварийных. По словам женщины, приезжала комиссия от столичного акимата, которая выдала заключение — дом сносу не подлежит.

— Я не знаю, на что смотрела эта комиссия, по каким критериям отбирала. Но такие же, как наш, соседние дома попали под категорию сносимых, а наш — нет, — удивляется Богданова.

То стены трескаются, то потолок отваливается

В Агентстве по делам строительства и жилищно-коммунального хозяйства республики поясняют, что в законодательстве нет определения ветхого жилья. Зато есть дома аварийные, которые требуют переселения граждан или сноса. А есть и такое жилье, которое еще можно отремонтировать. Аварийных домов, которые не годятся для проживания, в стране 3 миллиона 800 тысяч квадратных метров. Это от всего жилищного фонда 1,4 процента. Доля незначительная, особенно если учесть, что в 2000 году эта цифра достигала 7-8 процентов.  

— В регионах каждый акимат реализует свою местную программу, и планомерно эти аварийные дома сносятся, — рассказывает директор департамента жилищного строительства Агентства по делам строительства и ЖКХ Василий Маслов. — Поэтому мы долю в целом по Казахстану до 1,4 довели. Это немного. Во всех развитых странах доля аварийного жилья держится на уровне  2-3 процентов.

Причем из этого числа 1 миллион 300 тысяч — это бесхозяйное брошенное жилье. Оно никому не принадлежит. С ним вопросов нет. Его акиматы планомерно сносят. А вот 2 миллиона 400 тысяч квадратов — уже требуют предварительного переселения граждан и только потом сноса. По нашим нормативным документам срок эксплуатации зависит от исполнения. Большая часть этих домов имеет срок эксплуатации от 100 до 140 лет. А бревенчатые и каркасно-камышитовые — от 30 до 40 лет. В первую очередь мы о них разговор и ведем.

Дома, о которых рассказывает В. Маслов, как правило, 40-50 гг. постройки. Но, по его словам, дело даже не в том, что само жилье ветхое. Жильцы таких домов, говорят в ЖКХ, его запустили. В свое время не ремонтировали и не держали в порядке. Вот и получается, что сегодня такие дома рушатся.

Но определить аварийность дома не так-то просто. Не достаточно просто иметь «орлиный глаз». Существует целый набор технических требований: откалывание цементно-бетонной смеси, оголение арматуры, исследование ржавчины на ней, коррозии всевозможной, изломов и так далее. Все это определяется визуальным и инструментальным обследованием и может придать дому статус аварийного жилья. Но занимаются этим исключительно специалисты с лицензией на руках. 

— На первый взгляд может выглядеть и страшно. Там торчит арматура ржавая, а на самом деле ее можно легко зачистить, установить, замазать, укрепить. А может казаться, что на вид оно все очень крепко стоит, но на самом деле — гнилое. Это надо оставить специалистам. Первые признаки, по которым устанавливается аварийность дома, — это несущие конструкции, то, на что опирается дом. Если их износ превышает 40 процентов, все! Его уже можно считать аварийным и нельзя никак отремонтировать, надо сносить. Если менее сорока, то благодаря имеющимся технологиям можно усилить эти конструкции, то есть базу, на чем стоит дом, отремонтировать, укрепить, — поясняет руководитель департамента.

Процедура обследования, да и оно само, длится не больше одного дня. Заключение, в зависимости от ситуации, выдают в течение месяца, а то и трех. Этой работой зачастую занимаются органы ЧС. Они первыми прибывают на зов, если требуется, устанавливают так называемые маячки. И если выясняется, что дом не подлежит ремонту, — «приговаривают» его к сносу.

Однако прежде чем снести здания, нужно найти приют для его жителей. По словам Василия Маслова, это первая проблема на сегодня, поскольку переселять людей пока некуда. Согласно программе, их нужно заселить в новые здания, но на строительство таких уйдет не меньше годtdhа.

— В целом программа рассчитана на 10 лет. Здесь же надо учесть, что бюджетные деньги расходуются. То есть наши желания надо соизмерять с возможностями государства. Но, тем не менее, впервые в программу закладывается именно целевое использование и направление средств на снос жилья и переселение граждан. В этом году пока средств не запланировано, будет только начато строительство домов. Снос — это не проблема. Проблема — людей переселить. Как только люди будут переселены, подгоняем краны, бульдозеры, взрываем, — рассказывает представитель Агентства ЖКХ.

Чиновники надеются, что пока они будут реализовывать программу, дома еще постоят.

Новое на месте старого

Владельцам ветхих квартир обещают взамен жилплощадь в новеньких многоэтажках. По программе «Доступное жилье — 2020» для таких целей предусмотрен целый раздел. В качестве пилотного в текущем и в следующем году механизм будет опробован в Астане и Мангистауской области. И при положительном результате уже с 2014 года, возможно, проект распространится на все регионы.

Но не все новые дома могут оказаться уютными. Некоторые из них могут стать даже стать опасными. В Астане органы архитектуры и градостроительства начали проверку новых жилых домов. И при первом же взгляде на жилые объекты чиновники заметили нарушения. Отлетают фасады, в нижней части утеплитель не сделан, территория не благоустроена. Это только малые проблемы. Новостройки в Астане возводятся без технической документации, без разрешения на строительство.

— Если фасады отлетают, значит плитка сделана некачественно, и в следующий раз, когда отлетит, и человека может ранить, — считает Улан Куралбаев, директор департамента государственного архитектурно-строительного контроля и лицензирования г. Астаны. 

«Они жили в ветхой землянке…» Есть и такие новостройки в столице, где строители достраивают дополнительные этажи по своему усмотрению. К примеру, в проекте предусмотрено 19 этажей, а по факту стоит 20. Это тоже может быть опасным, поскольку возможно сама конструкция не рассчитана на такую нагрузку. Кроме того, есть запрет на использование керамогранита для зданий высотой более 15 метров.

Бывает, что строители возводят и «лишние» здания. К примеру, в районе торгового центра «Евразия» помимо жилого дома подрядчики построили коммерческий объект. Чиновники приказали его демонтировать, ведь он стоит на месте прокладки будущих коммуникаций. И если его не убрать, новые здания в будущем могут остаться без воды или отопления. Множество замечаний касаются и внутренней отделки. Например: отклонения бетона от норматива по уклонам. Были замечания по складированию строительных материалов, неправильно лежала арматура. Казалось бы, мелочь, но если ее хранить неправильно — она гниет. А это может так же сказаться на качестве здания. 

Сейчас уже проведено обследование 143 жилых домов. Из этих домов выявлено 25 объектов, по которым вынесены предписания. Всего же проверке подлежат 833 объекта. И этим домам внимание уделено неслучайно. Чиновники называют их застоявшимися объектами. Здания строились после кризиса, наспех. И не всегда с соблюдением строительных нормативов. Есть здания, в которых фасады выполнены некачественно. Есть здания с просадкой грунта, те, в которых лестничные марши, холлы и даже лифтовые шахты построены с нарушениями. Найдены дома с трещинами по фасаду.

Но несмотря на все огрехи, эти дома, утверждают в отделе архитектуры, рухнуть не могут. Хотя и построены с браком. И брак этот устраняемый. Но лицензии, скорее всего, эти подрядчики будут лишены.

Особенное жилье

Дома можно не только строить. В Казахстане существует Программа модернизации жилищно-коммунального хозяйства.

— Когда мы говорим слово модернизация, это не означает чисто техническая реконструкция тех или иных объектов. Модернизация включает в себя реформирование всех систем. В том числе управление многоквартирным жилым домом, взаимоотношениями собственников квартир с управлением кондоминиумом, подхода к организации ремонта, — рассказывает председатель Центра модернизации и развития ЖКХ Толеутай Рахимбеков.

2011 год был первым и, своего рода, экспериментальным в реализации программы. В прошлом году по новой системе в Казахстане было отремонтировано 400 домов, в этом году планируется сделать ремонт еще 1000.

Набирает обороты и термомодернизация жилья, которая включает целый комплекс изменений. Практикуется проведение капитального ремонта с элементами термомодернизации, то есть дом утепляется так, чтобы его не продувало, ремонтируется даже крыша. Одним словом, всё должно быть сделано так, чтобы тепло зимой оставалось внутри здания. Работы ведутся также по ремонту подвалов, наружных стен, замене коммуникаций, дверей, окон. В дополнение устанавливаются автоматизированные тепловые пункты и общедомовые приборы учета тепла. Все это вкупе позволяет контролировать подачу тепла в квартиру. Удовольствие это не из дешевых, однако, как показывает международный опыт, экономия затрат на оплату коммунальных услуг может составлять до 50 процентов от сегодняшнего объема оплаты.

— Платежи снижаются в два раза. Это прямая выгода. Косвенная выгода в том, что когда дом отремонтирован, подъезд, наружные стены приведены в порядок, то и рыночная стоимость квартир возрастает. А выгода государства в энергосбережении. Это главная выгода, — уверяет руководитель центра.

Кроме того, снижается потребность в тепле. Если каждый жилой дом  пусть даже на 30 процентов будет меньше потреблять тепла, в масштабах города экономия тепловой энергии будет колоссальная. На такой ремонт государство сегодня выделяет беспроцентный долгосрочный кредит. Жильцы смогут выплачивать его в течение 10-15 лет. И как считают представители центра, сумма его не такая и большая, особенно, если учесть, что 7 процентов — это ежегодная инфляция.

— За 10 лет от 100 тенге остается где-то порядка 47 тенге. Государство идет на это, потому что в этом заключается социальное самочувствие населения, когда город отремонтирован, государство экономит на тепле. Можно, конечно, просто стены побелить, оконные рамы покрасить и на этом закончить. Но от этого большой пользы для населения не будет. Людям лучше сразу идти на термодернизацию, — рассказывает Т. Рахимбеков.

Однако чтобы дом был действительно экономичным, жильцам его рекомендуется как следует раскошелиться. Ремонт с полной модернизацией доходит до 30 тысяч тенге за квадратный метр. В среднем ремонт одного дома может обойтись в десятки миллионов тенге. Руководитель Центра модернизации ЖКХ рекомендует не скупиться во время такого ремонта.

В будущем, говорит проводник жилищной реформы, дома будут не просто ремонтировать, а уже строить по системе теплосбережения. Кроме того у центра в планах внедрить и «зеленые» технологии строительства домов, когда отопление и электроэнергия поступают в квартиры за счет солнечных батарей.

Фото: kn.kz

Ольга ЧАПУРИНА, Астана, Информационная служба www.kn.kz

 


0 комментариев:

Обновить

Подписка на статьи
  • Отписаться от рассылки можно в каждом присланном письме.